Следом за Учителем я прошел в ритуальный зал. В отличие от прочих помещений поместья Учителя, Ритуальный зал, расположенный в самой его глубине так, чтобы захватчикам, либо враждебному потустороннему феномену пришлось прорываться через весь дом, отличался от прочих помещений широкими окнами. От взгляда в них мне стало как всегда нехорошо… Но тут, наверху*, хотя бы есть стены и есть окна, которые можно открыть, чтобы выйти наружу… а можно – и не открывать. А в Глубине острова переходят в варп очень плавно, и только, сделав очередной шаг, понимаешь, что тебя несет ветрами эфира, а вокруг ярится вечный шторм, и скалятся жадные до крови и душ нерожденные твари. И тут уже выживание становится вопросом личной силы, навыков и везения. Вот только тех, кто способны обрести силу и знания – стараются из Глубины изымать, либо забирая в ученики, либо отправляя напрямую на свидание с Хозяйкой Паутины. О везении же тех, кто имеет счастье родиться в Глубине – как-то даже смешно и упоминать.
/*Прим. автора: надо уточнить, что для иллитири «верх» - это те места, где живут представители Домов, где надежны и крепки ограждающие от варпа заклятья. Соответственно, там, где границы пригодного для жизни условно стабильного пространства размываются, а живут отбросы общества – это «Глубина». С обыденными понятиями «верха» и «низа» их роднит разве что звучание обозначающих эти понятия слов, которые уже можно считать омонимами*/
Оставив в стороне воспоминания о детстве и отрочестве, я шагнул к центру зала. Многомерная вязь символов висела в воздухе, готовая для начала магического действа, и мне хотелось ее хорошенько рассмотреть, прежде чем я шагну в один из фокусов колдовской фигуры.
Мифические мон-кей из старых преданий нашего народа настолько ограничены, что из главных потоков Эфира они выделяют только девять, да еще и зачем-то то ли путают, то ли сознательном смешивают Каиш и Хиш, то для иллитири подобная ограниченность невозможно. Тысячи и тысячи потоков, несущих собственные цвета, не поддавались классификации, так как каждый из них был уникален и отличался от любых других настолько, что пытаться объединить их в какие-либо группы было бы напрасным трудом. Судя по легендам те же мон-кей почему-то считали голубой ближе к синему, чем к зеленому, объединяя их словом «Азир», тогда как для любого иллитири очевидно, что это – разные потоки, и работать с ними нужно совершенно по-разному… равно как и и с каждым из сотен и тысяч иных ветров магии. Однако, если признать, что мон-кей все-таки когда-либо и где бы то ни было существовали, то, судя по записям о тех временах (категорически неправдоподобных, по мнению многих магов), то они, лишаясь тонкости воздействия, обретали взамен немалую мощь.
Впрочем, все это – отвлеченные рассуждения, которыми я стараюсь убедить себя, что у меня есть хоть какой-то шанс выжить в предстоящем ритуале. Потому как шанса убежать у меня, такого, какой я сейчас – нет точно.
Пока остальные участники действа не вошли в зал, я старательно выполнял указания Учителя, наполняя Силой знаки на внешнем и внутреннем периметрах ритуального рисунка. Меня несколько напугал тот факт, что при определенном положении звезд часть этих знаков можно было бы прочитать как мое имя, причем не «внешнее» - для других, а «внутреннее», то, которое резонирует с сокровенной сутью моего сознания. Однако, поскольку ничего изменить я не мог – мне оставалось только делать то, что делаю, и стараться скрыть непроизвольные реакции тела, выдающие мой страх.
Увы, это у меня получилось не слишком хорошо. Судить об этом я могу по тому, что мое тело вдруг резко прекратило мне повиноваться. С ломаной грацией марионетки оно сделало два шага вперед, и застыло точной в одном из фокусов рисунка.
- Сообразительный парнишка, - пробормотал за спиной голос Учителя. – Что ж… Обещать могу только одно: сыном Дома тебя объявят до начала ритуала.
Все. Кранты. Такие подарки выдают только в случае, когда возможность ими воспользоваться – не предполагается. Но, с другой стороны, есть повод надуться от гордости. От «никто и звать никак» из трущоб Глубины – в сыновья одного из Великих Домов. Пусть даже этот путь закончится смертью... ну, да в конце концов в гости к Серой Госпоже ведут все пути. Но последний шаг станет воистину триумфальным! А то, что членом Дома я буду с самым низким из возможных статусов – младшего приемного сына, то и нерожденные твари с ним. Все равно воспользоваться этим я уже никак не смогу,
Пейзаж за окном сменился. Теперь вместо заметаемых ядовитым снегом равнин Ш’Энтеры, там расстилался Некрополь Эонты. Грозящие беспросветно-черным небесам серебряные шпили, между которых бродили механические мертвецы, заставили бы меня содрогнуться… если бы я был способен хотя бы на такие движения.
- Ага, - Учитель продолжал что-то делать у меня за спиной. – Она все-таки решилась. Ну что ж. Если кто-то хочет стать мученицей за Веру – кто я такой, чтобы ей мешать?
