– Старик, я продумал все, что можно, мы ни так уж и слепы, и беззащитны, мало того, будет третий парнишка, он профессионал, так что в электронике сбоев быть не должно. Две камеры: одна в зале, вторая в коридоре, куда нам предстоит выходить, одна такая же граната, как ты видел, только с электродетонатором у входа, две по предполагаемому отходу, он же управляет и машиной, которая нас увезет, он же и прикроет, правда для этого нам сначала нужно отстреляться и выйти… Есть еще нюансы, но они уже не интересны… Ешь, ешь…
– Проголодался чего-то, будто в последний раз… Тьфу ты!.. Нюююааансы… Лёлик, да когда смерть в темечко клюнула нежно, и клюв свой вынимать не хочет, нюансов не бывает, что-то все кажется очень важным… и офигенно глобальным… Памперсов не припас случайно?…
– Ни дрейфь и не наговаривай, я тебя еще пару раз заставлю все проработать… Запомни: твоя задача – прикрывать мой тыл, что происходит у тебя за спиной, то есть у меня перед лицом, вообще тебя не касается! Это очень важно – ибо смерть любит любопытных и нетерпеливых – только отвернешься посмотреть, сразу получишь пулю… я не шучу…
– Да понял я все…, сам в армии служил, правда че-то такого не припомню…, а ты сам-то где служил? Аааа…, помню ВОСО…, ну что-то какие-то подозрения…, не не не – никаких подозрений… И что там?
– Ну Макс… И еще не снимай ни перчаток, ни гарнитуры от рации, ответы и услышанное дублируй и не забудь свой позывной – «Корсар», надеюсь с моим не спутаешь…
– Забыл…
– «Собака»…
– Хи-хи-с.
– Зря смеешься, если все получится, то завтра меня многие так называть будут… Да и тебя, пожалуй…, а то и хуже – надо привыкать…
Поутру, еще раз все проверив, Алексей дал, только что проснувшемуся Максу таблетку и посоветовал далеко от туалета не отходить. Слабительное продуло насквозь и пострадавший, ничего об этом не подозревавший, с обидой прошипел:
– Ну и какого хрена – все настроение испортил!
– Ты че, штаны снять не успел? Максик, а ты знаешь, кто такие «засранцы»?
– Такие, как ты, над своими друзьями перед серьезными событиями подшучивающие…
– Не угадал, дружище – это те, кто гадят не снимая штанов. Вот именно в такого ты с непривычки и мог превратиться. Обещаю, прижмет, и прижмет так, что сдержаться не сможешь – еще спасибо скажешь!.. – Раздался звонок по телефону – это подъехал «Санчес». Мужчины присели на дорожку, Алексей подошел к портрету Милены, посмотрел на последок и произнес:
– Что ж милая, либо ждите меня, хотя прямая мне дорога в ад…, либо… – И развернувшись бросил, подымавшему с пола сумки, другу:
– «Со щитом или на щите?»
– А как лучше?
– Да и так и так неплохо, но «с ним» – значит живым…
– Однозначно «с ним» – это как-то лучше в мои планы вписывается…
«Смерть не таится и не подстерегает, но приходит точно в назначенное время».
Погорелов – «Санчес», радостно встретил обоих и сразу сообщил, что теперь знает точно и где заветная комната, и как в нее проникнуть, мало того, даже был там – комната совсем пустая и часть одной стены действительно аквариум…
Хотя «Солдат» запретил ему это делать во избежание засветки, но, в конце – концов, благодаря этому их шансы увеличились.
Продукты обычно подвозили часам к восьми, два грузчика были одеты в красные робы, которые Саня тоже раздобыл вместе с ящиками, украденными на рынке, в точности исполнив указание шефа, данное еще ночью. По пути друзья переоделись, и переложили из сумок все добро, которое не смогли повесить на себя, в ящики.
Банданы, повязанные на шею, и бейсболки почти скрывали и шейную гарнитуру к рации, и волосы, и даже частично лица, что, при всем при том, совершенно не выделяло их из общей массы людей.
Припарковавшись в квартале от ресторана «Санчес» дистанционно включил, установленные, в заранее обговоренных с Алексеем местах, камеры, проверил аппаратуру и парни застыли в ожидании.
Через час подъехала колымага и двое в красных комбинезонах из нее потащили продукты. Лишь только они уехали, как появились еще двое в такой же одежде…
С закамуфлированной дверью все было так, как обрисовал «Санчес». Проникнув за нее и старательно прикрыв изнутри, мужчины опустили ящики на пол, и сами передохнув не больше пяти минут, продолжили подготовку.
Привыкнув к почти полной темноте – свет, пока его не включили в зале полностью, слабо проникал через огромный аквариум, рассмотрели всю комнату, оказавшуюся пустой. Единственным предметом, бывшим ее достопримечательностью, была стоявшая посередине тренога для стрельбы стоя, намертво прикрученная к полу, по всей видимости для предполагавшегося пулемета. Все помещение было отделано черным бархатом, на фоне которого черный камуфляж, спрятанный, до этого момента под рабочим комбинезоном сливался со стенами.
