– Я могу быть прислугой, гувернанткой, воспитательницей…
– Да я сам, вроде бы как-то…
Уже уходя и прощаясь с врачом у главного входа в больницу, посмотрев ему пристально в глаза, Алексей сказал:
– Я не знаю что с ней делать, может женишься – экземпляр то… ух!
– Я женат, вот… папой собираюсь стать…
– Коляску-то тебе подарить, па-па?
– Вы лучше с ней чего-нибудь придумайте.
– А ты задайся вопросом, почему это она, будучи на втором курсе института, с такими знаниями и внешностью… да и в бомжики подалась. Задумайся, а как найдешь разумное объяснение, мне скажешь…, гм…, скажете – через неделю приеду, и ответ потребую от обоих, будьте здоровы…
– Постойте…, постойте, Ромайес, выыы… понимаете…, как быыы… вам дана возможность не только помочь, но и спасти человека… – это знаете… в комплексе нужно делать. Вы хороший человек… иии… – душа у вас добрая…
– Надо же, и как же вы это поняли?
– Ну во-первых чувствую, а во-вторых…, а во-вторых, вы за все время, пока я здесь работаю…, вы единственный человек, позаботившийся о совершенно незнакомом, а главное униженном и оскорбленном… – это вообще поразительно…
– Ннн-да, самому странно… Я понял вашу точку зрения, но далеко не все от меня зависит… Счастливо Марк… иии… здоровья, и благополучия вашему ребенку…
Уже отъезжая на почту, проверить свой почтовый ящик «до востребования», куда должен был прийти адрес и время встречи с тем, кто мог встретиться с ним вместо «Седого», Алексей поймал себя на давно забытом ощущении. Немного подумав, он понял, что это сомнения. Как долго не появлялось это чувство, вряд ли «Солдат» соскучился по нему, но оно вносило какой-то небольшой дисбаланс в его мысли, что забавляло и даже прибавляло какого-то азарта.
Думы касались «найденыша» и его, то есть ее, дальнейшей судьбы. Оговоримся сразу – в этой девушке он не видел и намека, как на женщину, с которой возможна какая-то связь. Одновременно он понимал, что и работница, и даже кухарка ему тоже не требуется, как впрочем и его знакомым. Стало понятным, что этой особе нет места в жизни рядом с ним, но вопрос оставался вопросом. На почте ждал конверт, где было указано ожидаемое.
Странно, что встреча должна была состояться сегодня вечером, причем в ресторане, где метродателем заправлял его друг детства. Разумеется случайностью подобные совпадения быть не могли, а раз так, то все только начинается или… или, напротив заканчивается.
Другого выхода не было и через несколько часов «Сотый» устроился на привычном своем месте, оставив стул на против, куда обычно усаживался «покупатель», новому гостю.
Пришедший, не заставивший себя долго ждать своим появлением, удивил Леху, хотя тот и ждал нечто подобное, правда не на столько. Место через стол занял его товарищ по училищу – хорошо нам знакомый Виталик Елисеев. Чуть прибавивший в весе, уже с проседью, но с оставшимся налетом прежней выправки с примесью небольшого молодцеватого разгильдяйства в движениях.
Его поведение, манера общения и немного жестикуляция, как и прежде, напоминали капитана Мышлаевского из «Дней Турбинных», правда на сыгравшего его Басова он вообще не походил ни одной черточкой, зато очень похож на описание этого героя в «Белой гвардии». Виталий не выглядел удивленным, хотя было понятно, что предупрежден его сокурсник был незадолго до встречи. Без предварительных бесед и рассказов о прошлом, мужчины преступили сразу к делу, но не раньше визуального обмена условленными ранее знаками.
Первые слова прямо таки огорошили, хотя ничего и не объяснили:
– Ну что, старый мой друг…, сразу, чтобы не было недоговоренностей, ввожу тебя в курс дела, а оно в следующем: теперь ты на «пенсии», но понятие это не совсем то, к которому мы привыкли…
– Да уж, объяснись пожалуйста…
– Пенсия – это значит привлечение только к оперативной работе, дело в том, что ведомый, потерявший ведущего…
– Что, «50» навсегда…?!
– Я не могу это обсуждать, но для тебя сделал бы исключение, да только не владею никакой информацией…, скажу так: я привлекался человеком носящим другой номер…, больше сказать не чего… Так вот ведомый без ведущего к акция не привлекается до обретения нового или прежнего ведущего…
– «Нового или прежнего»?
