Шкура оборотня полностью

Я вышел из автобуса и чуть не ослеп от яркого света. Прикрыв глаза ладонью, я оглядел небольшую автостоянку, надеясь увидеть там дядю Колина и тетю Марту.

Я не помнил, как они выглядят: я видел их восемь лет назад, когда мне было четыре годика.

Но автобусная остановка Волчий Ручей была совсем маленькой. Небольшой деревянный навес посреди большой площадки. Потеряться здесь было негде.

— Сколько вещей? — процедил сквозь зубы водитель автобуса. Несмотря на октябрьский холод, на спине его серой форменной куртки расплывалось мокрое пятно.

— Одна сумка, — ответил я. На Волчьем Ручье выходил я один.

Напротив автостанции виднелась бензоколонка и ряд маленьких магазинчиков. За ними начинался лес. Желтые, красные и коричневые осенние листья дрожали на ветвях. Автостоянка была усыпана разноцветной опавшей листвой.

Водитель, что-то бормоча себе под нос, поднял дверцу бокового багажника. Достав черную сумку, он спросил:

— Это твоя, приятель?

Я кивнул.

— Да. Спасибо.

Холодный порыв ветра заставил меня поежиться. Я подумал, не забыли ли мама и папа положить в сумку побольше теплых вещей. Они собирали меня в страшной спешке.

Они не рассчитывали уехать за границу до Хэллоуина. Все это оказалось для них самих неожиданностью. Им понадобилось срочно лететь во Францию, и поэтому нужно было спешно куда-то пристроить меня на пару недель. А может, и больше.

Выбор пал на дядю и тетю.

Я поправил ремешок фотоаппарата на плече. Всю поездку я держал его на коленях. Я не хотел, чтоб он трясся в багажнике.

Моя фотокамера — это самое ценное, что у меня есть. Я без нее шагу не делаю. И обычно глаз с нее не спускаю.

Водитель поставил мою сумку на землю, захлопнул дверцу багажника и пошел назад в автобус.

— Тебя кто-нибудь встречает?

— Да, — ответил я, ища глазами дядю Колина и тетю Марту.

На автостоянку, сигналя, подлетел забрызганный грязью синий фургон. С места, расположенного рядом с водителем, кто-то махал рукой.

— Вот и они! — показал я водителю, но он уже залез в автобус и захлопнул дверцу. Автобус заурчал и тронулся с места.

— Алекс! Привет! — крикнула из фургона тетя Марта.

Я подхватил сумку и рысцой помчался к ним. Колин выбирался из-за руля. Тетя Марта выжала с другой стороны, Я их вообще-то совсем не помню. Я думал, молодые, темноволосые. А они, как оказалось, довольно преклонного возраста. Оба под стать друг другу, высокие и стройные. Пока неслись ко мне по площадке для машин, я глядя на них, подумал, что они напоминают пару тощих кузнечиков с пучками седых волос на макушке.

Тетя Марта с ходу заключила меня в объятия. Руки у нее были костлявые.

— Алекс, милый, как же я рада тебя видеть! Вот ты и добрался до нас! — воскликнула она.

Она тут же выпустила меня из своих объятий и отшатнулась.

— Ух, никак, я тебе футляр камеры смяла?

Я передвинул камеру.

— Да нет, он очень прочный. Все в порядке.

Подошел дядя Колин и, улыбаясь, поздоровался со мной за руку. Его вьющиеся седые волосы шевелились на ветру. Щеки у него были красные и все в бороздках. Старческие морщины, решил я.

— Ух ты, да ты совсем большой. Ты прямо уже взрослый, — развел он руками. — Я буду называть тебя не Алексом, а мистером Хантером.

Я рассмеялся.

— Никто еще меня не называл мистером Хантером.

— Как долгая поездка на автобусе? — спросил он.

— Укачало, — сказал я. — По-моему, нащ водитель не пропустил ни одной ямы! А мой сосед икал всю дорогу.

Тетя Марта засмеялась.

— Ну, стало быть, поездка была замечательной.

Дядя Колин посмотрел на мою камеру:

— Что, любишь фотографировать?

Я кивнул головой.

— Да. Я хотел бы стать фотографом. Как вы.

Оба широко улыбнулись. Им это явно был бальзам на душу.

Правда, у дяди Колина улыбка тут же исчезла.

— Фотографу не так легко зарабатывать на жизнь. Приходится все время разъезжать. Мы никогда долго в одном месте не задерживаемся.

Тетя Марта вздохнула:

— Потому-то мы и не видели тебя столько лет. — И она снова прижала меня к себе.

— Я все мечтал сходить поснимать вместе с вами, — сказал я. — Уж вы-то могли бы кое-чему меня научить!

Дядя Колин рассмеялся.

— Ну, мы тебя обучим всем нашим секретам.

— Ты же пробудешь у нас не меньше двух недель, — добавила тетя Марта. — У нас уйма времени для уроков фотографии.

— У нас совсем не будет времени, если будем торчать на этой автобусной остановке, — заявил дядя Колин. Охнув, он схватил мою сумку и понес ее в багажник фургона.

Мы забрались в машину и через пару секунд уже катили в город.

Сначала мы промчались мимо почты. Затем мимо магазинчика и химчистки. Проехали улицу, и вокруг нас с двух сторон встал глухой лес.

'— Это что, все? — ахнул я.

— Алекс, — провозгласила тетя Марта, — ты только что совершил большое турне по Волчьему Ручью.

— Надеюсь, ты не помрешь со скуки в таком местечке, — кивнул дядя Колин, делая крутые повороты, поскольку дорога петляла в дремучё лесу.

— Вот еще! — воскликнул я. — Я вообще-то хотел исследовать леса.