– Да, – согласился Гусь. – Хороший план.
К тому времени, как королевский галеон и Le Bateau Fantastique поравнялись друг с другом, солнце уже стояло высоко в небе.
Никем не замеченная, маленькая шлюпка скользнула в тень английского галеона. Двое трудолюбивых матросов опустили парус и привязали лодочку к верёвочной лестнице, свисающей с борта здоровенного корабля. Третий матрос просто наблюдал и изредка порыкивал: «Ар-р-р-р-р, пошевеливайтесь, бездельники!»
Корделия поглядела вверх. С палубы доносились крики и свист, потом послышался плеск сброшенного в воду гигантского якоря.
– Думаю, нам нужно забираться на борт сейчас, – тихонько сказала она Гусю. – Может, удастся спрятаться, если там все заняты тем, что пытаются выглядеть лучше французов.
– Хорошая идея, – отозвался он.
Сэр Хьюго прошептал:
– Чёрт побери! Путь героя почти достиг своей кульминации! Солнце войдёт в полуденный зенит – и игра началась! – Он вытащил меч из ножен и рассёк им воздух. – Что скажете, господа актёры? Давайте вышвырнем их назад во Францию!
– Нет, сэр Хьюго – мы здесь не для того, чтобы швыряться французами! – прошипела Корделия. – Мы здесь для того, чтобы помочь принцессе! И остановить лорда Витлуфа.
– И мисс Глаз-да-глаз, – добавил Гусь.
Сэр Хьюго расплылся в несколько непонимающей улыбке и полез вверх по лестнице.
– По крайней мере мечом он дерётся хорошо, – пробормотал Гусь, и дети поспешили за ним. Они обнаружили актёра драматично скрючившимся за какой-то бочкой и притаились с ним рядом.
На галеоне бурлила жизнь. Лакеи в алом бегали из стороны в сторону, расставляя цветы, расправляя флаги Англии и пристраивая повсюду льстивые портреты короля Георга (вид у которого был чрезвычайно здравомыслящий и самый благородный). На палубе лицом друг к другу стояли два обитых бархатом трона. Один был гораздо выше и солиднее другого.
На палубе французского корабля, отделённые узкой полосой моря и воздуха, наблюдала за происходящим дюжина французских придворных в сине-золотых одеждах. Один, в особенно длинном и кудрявом парике, крикнул:
– Я надеюсь, вы не ожидаете, что наш коголь станет есть вашу англесскую еду.
Корделия и Гусь высунулись из своего укрытия.
– Это, наверное, французские Творцы, – выдохнул Гусь, вглядываясь в самых пышно одетых людей, разгуливающих по палубе. – Я слышал, у короля Луи есть Парфюмер и Парикотворец!
Корделия рассматривала английский корабль.
– Королевская каюта будет на корме, – прошептала она. – Нам нужно спуститься вниз.
Она указала на дверцу под ютом, и Гусь кивнул.
– Аргх! – вскрикнул сэр Хьюго. – Заноза! – Он подпрыгнул, держась за колено.
Какой-то лакей завизжал и уронил поднос корзиночек с вареньем.
Все повернули головы в его сторону и застыли. Корделия и Гусь пригнулись как можно ниже, не смея шевельнуться, чтобы и их случайно не заметили.
– Не страшитесь! – объявил сэр Хьюго всем вытаращившимся на него лакеям. – Ибо миссия моя благородна: я…
– Это ещё что за заяц? – прогремел чей-то голос.
На юте появился некий человек. На нём был королевско-синего цвета сюртук с золотыми пуговицами, белый парик и чёрная треуголка. Выглядел он очень внушительно.
– Я вовсе не заяц! – гаркнул сэр Хьюго.
– Я капитан королевского галеона, – заявил человек. – И я сразу могу распознать зайца.
–
Капитан спустился с юта и зашагал к сэру Хьюго, который так быстро размахивал мечом, что тот превратился в едва различимую серебряную вспышку.
– Помнишь, как сэр Хьюго сражался на сцене? – уверенно прошептал Гусь. – Он легко победил.
Капитан встал в стойку и тоже вытащил меч из ножен. Одним свирепым взмахом он пробился своим оружием сквозь серебряное мельтешение меча сэра Хьюго.
– АЙ!
И сэр Хьюго уже отчаянно пригибался и уворачивался, пока капитан спокойно пронзал и резал воздух вокруг него.
– А, – сказала Корделия. – Думаю, сэр Хьюго хорош в драке на мечах, только когда он играет, а у его соперника меч деревянный.
Гусь уныло кивнул, глядя на взвизгивающего сэра Хьюго.
Каждый лакей, придворный и матрос на палубе был поглощен сражением. Даже французы на своём корабле кричали и вопили, наблюдая, как капитан ловкими взмахами меча срезает с наряда сэра Хьюго пуговицы.
– Давай! – прошипела Корделия. – Это наш шанс!
Они с Гусем выползли из-за бочки и стали красться по палубе. Уже оказавшись за дверью, скрытые от глаз толпы, они услышали громкое восхищённое присвистывание одного из французских придворных: лишённые всех пуговиц, штаны свалились с сэра Хьюго.
Стояла тишина, и всё вокруг мягко покачивалось.
– Куда нам идти? – раздался из теней голос Гуся.
«Сохраняй свободу в голове и магию на кончиках пальцев!» Корделия закрыла глаза и принюхалась.
Одежда Злобы гнусно воняла: тухлыми яйцами Жар-курицы и сгоревшими мечтами.
– Сюда, – сказала Корделия, указывая пальцем.
– Куда? – снова спросил голос Гуся. – Тут темно, ничего не видно.
