Логинов предупредительно открыл дверь, и Воропаев въехал в спецлабораторию на своем кресле прямо к легко накрытому столу. Капитан пропустил Екатерину и полковника вперед и закрыл дверь изнутри на ключ. Коган поздоровался с ребятами и Ольгой, которые заканчивали последнюю проверку оборудования, и осмотрел помещение хозяйским взглядом. Затем он вгляделся в большую плазменную панель, висящую на стене. На экране были видны контуры какого-то небольшого помещения с парой шкафов, письменным столом, парой венских стульев и занятой кроватью, стоявшей под темнеющим окном. Викентьев поймал вопросительный взгляд куратора и успокаивающе кивнул:
- Только что улегся. Принял стакан и отрубился, - пояснил директор.
Все быстро устроились вокруг стола и разобрали стопки, только что, наполненные из запотевшей бутылки.
- Ну, Женя, за твой день рождения! - поздравил полковник, глядя в глаза напряженному имениннику, - Какое там у нас сегодня, четырнадцатое?
- Уже пятнадцатое сентября тысяча девятьсот тридцать седьмого года, - торжественно, почти голосом Левитана, поправил Логинов.
Быстро, но аккуратно чокнувшись с Воропаевым, выпили не закусывая. Ольга, заранее проинструктированная Коганом, достала откуда-то упаковку, и, вытащив уже наполненный шприц с иглой, подошла к Евгению: - Это, Женечка, снотворное. Там оно действовать не будет.
Быстро, с заметной сноровкой, Шлоссер сделала укол в руку, положила шприц на стол, рядом с пустой стопкой и, пытаясь скрыть слезы, поцеловала Воропаева в губы. Ее тут же сменила Екатерина. Она обняла Евгения, погладила его по короткому ежику седых волос и тоже очень крепко поцеловала. Мужчины прощались без поцелуев и без слов. Крепко обнимали и жали руку. Только Викентьев, последним обнимая уже засыпающего Женю, сказал:
- Увидимся, друг. У вас там, через полгода, телевизоры появятся. Ребята, - он кивнул в сторону Николая с Димой, - обещали видеоконференцию сделать.
