Каждый раз, пробираясь через лабиринт лестничных проёмов и древних шахт лифтов, Т’Сони чуть лучше понимала свою дочь. Наследие Протеан, причём настоящее, а не ловушка Жнецов, не рассыпалось и через пятьсот веков. Кто как не долгоживущие асари смогут оценить столь монументальный труд. Наконец женщина вышла на длинное шоссе, что пролегало в сотнях метров над поверхностью планеты. Зрелище было величавым даже по меркам Тессии, несмотря на то, что столица Республик была недалека от того, чтобы и самой стать Экуменополисом, планетой-городом.
«Дальше,» раздался голос в голове. Она послушно пошла вперёд, прочь от поселения и в направлении перевалочной станции по пути к владениям когда-то корпорации, а сейчас безопасников Альянса. Людям так прогуливаться было бы не очень легко — гравитация на Феросе была на десятую часть сильнее, чем на их родине. Но для асари это было в самый раз — сила тяжести на Тессии была практически идентичной. Заходящий Тесей разлил золотой свет по тысячелетнему армобетону. То тут то там чернели провалы ведущие в технические помещения. Если остаться дотемна, как она периодически делала, то небо накроют россыпь разноцветных звёзд и едва различимые зелёные облака местной туманности. Между двумя самыми заметными из них можно полюбоваться на яркую оранжевую точку Геркулеса, звезды, вокруг которой вращается обманчиво гостеприимный мир Элетания. Одна из многих прекрасных, но смертельных ловушек этой галактики. Роскошное зрелище, доступное лишь космонавтам и жителям неразвитых колоний.
«Здесь.» Ториан остановил её на пустом месте посреди дороги. Бенезия огляделась, но ничего не заметила. Оставалось, пожалуй, разве что найти место присесть и передохнуть. Всё же почти восемьсот лет это возраст, в эти годы разве что Этита была способна скакать без остановки, аки горная антелопа. Асари обернулась на резкое шипение. В паре десятков метров прямо в воздухе открылась дверь! Поначалу она опешила, но быстро сообразила, что это всего лишь термо-оптический камуфляж, как на её собственной яхте. Интересно…
О землю глухо стукнул трап, а по нему быстро спустились три фигуры, саларианец и двое… людей вроде бы. На руках крупный самец человек нёс подозрительный свёрток. Самка же подбежала к асари и включила подсветку шлема.
— Крылышко! — ахнула Бенезия.
В голове зашумело, а сердце попыталось выскочить из груди. Она и не надеялась больше когда либо увидеть свою малышку.
— Все вопросы потом мама, — сказал такой родной голос, — у нас мало времени.
Человек в броне бесцеремонно плюхнул свою ношу на землю и развернул. Матриарх глазам не могла поверить — внутри лежала она сама, разве что абсолютно голая.
— Раздевайтесь, быстро, — скомандовал земноводный, что подошёл к ней и активировал странный, вроде бы медицинский инструметрон.
Асари молча расстегнула комбинезон и стала стягивать его.
— Ты бы отвернулся, — укоризненно сказала дочь бугаю.
— Ли, отстань, — отмахнулся тот, — чего я там не видел? — и резонно указал на похоже спящую копию Бенезии.
Сброшенные комбинезон и трусы оказались на бесчувственном теле усилиями крылышка и вроде бы смутно знакомого человека. Саларианец же отсканировал её, затем открыл рот телу и начал что-то там делать. Лягух опять расстегнул комбинезон и повернулся к матриарху. Грудь, чуть ниже ключицы, обожгло порезом.
— Время пошло, — процедил самый молчаливый из троицы, вытаскивая пинцетом нечто металлическое. — Алекс, готовься. Лиара веди мать на борт.
Алекс? «А не Щитт ли?» мелькнула мысль и пропала, так как дочь потянула её к трапу. Женщина успела рассмотреть, как двое склоняются над её двойником, а затем человек швыряет тело в пропасть с края эстакады. «Резонно, трупы не ищут,» подумала она.
Оставшиеся фигуры в скафандрах тоже взбежали вверх по трапу и за ними закрылась внешняя дверь шлюза. «Идёт деактивация,» раздался голос, что мог бы принадлежать асари, но говоривший на английском, что матриарх кое-как понимала и без Винт-переводчика, «нечего мне на борт флоросифилис тащить!» Человек почему-то ударился шлемом о переборку, а Крылышко с саларианцем гнусно захихикали. Наконец включился зелёный свет и внутренний клинкет раздвинулся, открыв вид на роскошный, даже по меркам асари, салон. С тихим шипением троица сняла шлемы, и мать прижала к себе дочь, целуя её.
— Зелена, двигаем! — скомандовал человек.
Богиня! Это действительно был Щитт! Бенезия узнала его по фотографиям, что месяцев шесть назад показывала тогда ещё её поверенная… Смешно, но ожидаемо — когда она передала власть над кланом младшей сестре, то клан забыл о ней. Так проходит мирская слава… Но что делает Альянсовский унтер на явно частном корабле с её дочерью? И почему он командует?
— Уже, — ответил тот же голос, что вещал в шлюзе.
Странный морпех открыл было рот, как новый голос тревожно воскликнул «тревога! Дроны!»
— Бл. дь! — выругался бугай, — как не вовремя. Они нас могут засечь?
— Если врубим маршевые, то да! — ответил женский голос.
— С.ка, с. ка, с. ка! Переждать? — первые три слова были на непонятном ей языке, но точно являлись ругательством.
