Создана кафедра военной авиационной разведки и в «Государственном краснознаменном научно-испытательном институте Военно-воздушных сил Красной Армии» (ГКНИ ВВС)81.
В общем, «процесс пошёл»!
***
После перебазирования и завершения формирования экипажей, посетивший 10-й отдельный разведывательный авиационный полк Генеральный инспектор тактической разведывательной авиации генерал-майор Ермаченков, приказал:
- Бензина и фотоплёнки не жалеть!
И начались ежедневные – ясным днём ли, в утренних или вечерних сумерках, в любую погоду учения… Им показывали «квадрат» на карте – сто на сто километров и приказывали найти и заснять там замаскированные части, укрепления или тыловые объекты условного противника. Патрулирование за условной линией фронта, с целью поиска условного же воздушного противника и наведения на него своих перехватчиков. Полёты совершались при любой погоде, в утренних или вечерних сумерках. Даже ночью для чего имелись аэрофотоаппараты для ночной съемки НАФА-19.
Учения были настолько интенсивными, что на иных «Дозорах», недостаточные доведённые двигатели М-105, приходилось менять по пять(!) раз. Благо они имелись в запасе, из-за снятия с производства истребителей Лавочкина, бомбардировщиков Петлякова и Яковлева и, значительного сокращения выпуска других самолётов.
То, что их полк - который правильнее было бы назвать усиленной эскадрильей, отделался всего лишь тремя разбитыми машинами и одним погибшем экипажем…
Можно уже считать чудом!
«Бились» в основном при посадке, да по причине откровенно ненадёжных двигателей - которые доведённые до «белого каления» механики, в сердцах проклинали.
Затем, когда видимо заработал ленинский принцип «лучше меньше, да лучше» - моторы Климова стали приходить с завода более надёжные, отрабатывающие на самолёте по сто, а то и сто пятьдесят часов.
Полк постоянно пополнялся и за время обучения, в него прибыло ещё пять экипажей дальтоников, составивших учебную эскадрилью.
Наконец, за день до объявления последнего ультиматума Финляндии, 10-й отдельный разведывательный авиационный полк перебросили на аэродром Харитоново, что находился в пятнадцати километрах к северо-западу от Выборга.
Здесь, они тут же и без всякой раскачки подключились к работе, которую по большому счёту - уже можно было смело называть «боевой». Сперва летали вдоль и над новой советско-финской границы, фотографируя заставы финских пограничников и передовые укрепления. Затем, им стали давали задание иного рода.
Обычно экипажам показывали аэрофотоснимки сделанные с большой высоты и без лишних разглагольствований приказывали:
- Вот в этом месте надо уточнить, товарищ лётчики.
Конечно, как и их товарищи по 10-му разведывательному авиаполку, Григорий Речкалов и Александр Виноградов не знали, что эти снимки делались с четырёхмоторного дальнего высотного разведчика РД-7 «Стратег».
Да, им и не надо было этого знать!
Ибо, когда летишь в тыл противнику, надо знать как можно меньше.
Командование интересовали в первую очередь финские аэродромы, товарно-сортировочные железнодорожные станции и новая линия долговременных оборонительных сооружений, которую финны строили взамен печально известной «Линии Маннергейма».
Пользуясь приборами радионавигации, но в основном природным чутьём и уже приобретённым опытом, они подкрадывались к интересующей командование цели в облаках, резко выныривали, делали несколько снимков и тут же вновь скрывались в облаках. В большинстве случаев их даже не успевали заметить.
Конечно часть (очень часто – большая часть) снимков оказывалась «смазанной», снятой не с того расстояния, не с того направления или не под тем углом… Иногда, они даже снимали вовсе не тот объект, что им показывали. Тогда им приказывали повторить - не забыв как следует попенять, естественно:
- Высокие оклады, товарищи лётчики, надо отрабатывать! Ещё раз такая халтура и выкину вас из полка и из разведывательной авиации, на хрен… А в другой авиации с вашим зрением - вы и на хрен никому не нужны! Даже инструкторами в аэроклуб вас не возьмут.
Правда, все угрозы оставались на уровне…
Угроз!
Привезшим «мазню» не засчитывали вылет за боевой, что «било по карману», вот и всё наказание.
Однако у экипажа Р-12М1 «Дозор» под номером «13», привозить очень хорошие аэрофотоснимки получалось чаще других. Это заметили, несколько раз ставили Александра и Григория в пример другими и, вот наконец…
***
1-го апреля с утра, когда экипажи позавтракали и проводили время в курилке за трепотнёй на тему:
«Да когда же уже товарищу Сталину надоедят наглые выходки Маннергейма и он прикажет нам накрутить ему хвост…?».
Майора Виноградова и лейтенанта Речкалова вызвали в штаб. Там их уже поджидала незнакомая и невиданная прежде легковая автомашина – «вездеход» ГАЗ-61-73, на которой их повезли в Выборг. Вместе с командиром эскадрильи полковником Антошкиним, они сели в него и поехали в Выборг.
