Первым делом всерьёз взялись за так называемые «открытые источники», которые читались и анализировались в Генштабе группой мобилизованных умников с университетским образованием. Этого, конечно, недостаточно и беря пример с наших «заклятых друзей», мы особо не щепетинились в выборе способов добычи информации. Шпионили советские дипломаты из советского посольства и аккредитованные при нём советские репортёры и журналисты. Шпионили «туристы» проезжающие транзитом по «железке» в Швецию и «военные строители» следующие согласно договору в Ханко. Шпионили три с лишним десятка «инженеров и техников», наблюдающих за ходом строительства морских буксиров на верфях завода «Криктон-Вулкан» в Турку.
Наиболее тщательно был обследован самый север предполагаемых боевых действий. По условиям Московского мира, в Петсамо имелось советское консульство. Советские граждане имели право беспрепятственного проезда в Норвегию через территорию Петсамо без предъявления паспортов. Не знаю, как там обстояло дело в «реальной истории», а в «текущей реальности» они этой возможностью не только пользовались – но и частенько ею злоупотребляли.
Естественно, этими «советскими гражданами» являлись не почётные доярки и даже не ударники-стахановцы… А сотрудники Разведывательного отдела Первого (Оперативного) управления Генерального штаба ВС СССР, которым руководил полковник Сергей Матвеевич Штеменко.
Ими была досконально обследована не только действующая трасса Петсамо-Киркенес, но и обнаружена нездоровая активность по строительству дороги от залива Порсангер через реку Каарсъиоки до Ивало – пятьдесят пять километров на норвежской территории, шестьдесят шесть на финской. Причём строили в основном германские сапёры и служащие «Организации Тодта», финны только им помогали. Строились и ремонтировались не только дороги и мосты – полевые укрепления и аэродромы, штабы, лазареты, стационарные склады и так далее.
Без всякого сомнения, мы имеем дело с частью громадной германской программы восточного военного строительства «Aufbau Ost», которая с осени сорокового года начала осуществляться на всем протяжении от Черного моря до Ледовитого океана в связи с планами нападения Германии на Советский Союз в сорок первом.
Но конечно же, больше всего информации давала авиаразведка, ведущаяся весьма бесцеремонными способами…
Благо есть у кого учиться!
Самый распространённый – «случайное» нарушение воздушного пространства суверенного государства. На Ханко имелся свой аэродром, на котором сперва базировалось с десятка два бипланов типа И-153 и летающих лодок.
Так вот: с некоторых пор лётный состав поменялся и «новички» взлетев - забывали где садится и долго блуждали над финской территорией.
И такое происходило не только в районе этой советской военно-морской базы. Дело доходило до того, что советские самолёты приземлялись на финских военных аэродромах, а их пилоты пожимали плечами и выдавали стандартные ответы:
- Взлетел, заблудился в тумане (в облачности, в темноте), бензин на исходе, решил сесть на первый же аэродром. А он оказался финским!
А сам – зырк, зырк по сторонам!
С финского министерства иностранных дел протесты в советское посольство носили кипами!
Там извинялись и обещали принять меры.
Худо-бедно, но шесть базовых финских аэродромов - Хельсинки, Утти, Тиккакоски, Рованиеми, Кемиярви, Петсамо – таким образом разведали и разведали от слова «хорошенько».
Сжигая дефицитный импортный бензин (своего «до сих пор» нет) и расходуя моторесурс своих «летающих раритетов», финские лётчики вылетали на перехват самолётов-нарушителей. Но чаще всего слишком поздно, наши «раздолбаи» уже успевали вернуться на свою территорию.
Хотя и случались и инциденты.
Один «сталинский сокол» на И-153 видимо слишком увлёкся и был «случайно» сбит где-то в районе города Миккели, где располагалась Главная ставка маршала Маннергейма. Выпрыгнул с парашютом, был арестован и после допроса - где во всём признался, попросил политическое убежище… Тёмная как полярная ночь история, которая сейчас расследуется.
Естественно, наши дипломаты открещивались как могли: мол, лётчик спятил после того как стукнулся головой после приземления (или его по голове стукнули) и несёт околесицу.
Ещё два самолёта (Р-5 и У-2) вместе с экипажами пропали без вести. Думаю, потеряв терпение от наглости - финны их всё же сбили где-нибудь над своими бесчисленным озёрами и, не признались.
В принципе счёт «ноль-ноль»: примерно столько же финских самолётов разбилось при взлете-посадке или же при неисправностях машин во время таких вылетах на перехват. Ну и один в свою очередь заблудившись, перелетел на советскую сторону, где аварийно сел. Правда, политического убежища финский лётчик не попросил – как ни уговаривали и, его пришлось отпустить «с миром» и вместе с самолётом.
