Стоя возле «Царь-бомбы» - известной в довольно узких кругах как «Доломит», «Специзделие», «Прабабушка Кузьмы», поглаживая её на удивление тёплый стальной бок и невольно щурясь от лучей заходящего Солнца, Маннергейм стараясь без излишнего пафоса, начал было:
- Господа! Сегодня как никогда я убедился в существовании Всевышнего, два раза уберегшего меня и Финляндию!
Он хлопнул ладонью по корпусу, и…
Такое - хотя бы раз в жизни, случается с каждым из нас – из смертных:
…И в тот же миг его не стало!
Не стало - ни Лидера Финляндии маршала Карла Маннергейма, ни его Заместителя на этой должности - Юхо Ниукканена, ни Министра обороны генерала Вальдена, ни Главнокомандующего силами территориальной обороны (Шюцкор) Лаури Мальмберга, ни руководительницу «Лоттасвярд» Фанни Луукконен…
Вместе с верхушкой правящего в Финляндии режима - не стало находившихся в тот момент на Ярморочной площади финских и иностранных журналистов и репортёров…
Не стало жителей Миккели пришедших посмотреть на своего «Марски»…
Не стало полицейских, солдат и курсантов егерских курсов в оцеплении, их офицеров и расчётов зенитных пулемётов на близлежащих зданиях… Не стало собак, котов и кошек греющихся на полуденном весеннем Солнышке, не стало чирикающих возле многочисленных луж воробьёв…
Не стало и самих близлежащих зданий центра Миккели, а остальные – от Ярморочной площади и вплоть до «самых до окраин», лишись стёкол, а то и крыш.
И естественно, в первую очередь не стало того офицера-пиротехника - который с таким увлечением рассказывал Лидеру финской нации о советских взрывателях авиационных бомб и их дефектах в результате заводского брака.
Он не знал и не мог знать, что с какого – совсем недавнего времени, по личному распоряжению самого(!) Сталина каждая советская авиабомба калибром от 250 килограмм и выше, снабжена химическим взрывателем…
Какая из них сработала вечером в понедельник 13-го апреля на Ярмарочной площади в Миккели – известно одному Всевышнему, который наблюдая «сверху» за происходящим, возможно потирал в азарте руки:
«Давно я вас, блядей, в одном месте собирал!».
«Химический взрыватель?!».
Простейшая конструкция – проще только обожжённая на костре и затем заточенная каменным скребком деревянная палка. Стеклянная ампула с кислотой, надёжно закреплённый проволочной чекой боёк и отделённый от ампулы металлической мембраной капсюль-воспламенитель, приводящий в действие капсюль-детонатор. Такое незатейливое устройство устанавливается в корпус боеприпаса перед его заливкой взрывчатым веществом, не имеет каких-либо конструктивных элементов на его поверхности и, поэтому по определению не может быть обнаружено и обезврежено.
При ударе авиабомбы об поверхность, боёк под действием силы инерции срезает чеку и разбивает ампулу, после чего кислота начинает медленно – но верно, разъедать мембрану…
После чего происходит подрыв боеприпаса.
Время срабатывания химического взрывателя в основном зависит от трёх факторов: крепости кислоты, толщины мембраны и температуры самого боеприпаса – чем она выше, тем быстрее произойдёт взрыв.
Чтобы усложнить-укоротить жизнь вражеским сапёрам-пиротехникам, товарищ Сталин (точнее – попаданец вселенского типа) приказал делать мембрану разной толщины - с расчётом чтоб подрыв у разных бомб происходил в интервале от нескольких часов до нескольких суток. Если бы авиабомбы не извлекали из земли, то возможно по причине всё ещё не оттаявшего грунта – первый взрыв произошёл бы гораздо позже…
Ведь те ФАБы что финским сапёрам не удалось обнаружить (всего около десятка), сотрясали небольшой городок до самого мая.
Однако, вытащенные из земных недр на Свет божий, да под лучи ярко светившего в тот день Солнца - авиабомбы нагрелись и…
И произошло то, что произошло.
***
Сказать по правде, старшего лейтенанта Григория Речкалова и его командира – капитана Семёна Рычихина, этот чёртов городок уже достал – от слова «конкретно». Особенно сегодня – 13-го апреля, когда их раз за разом посылали фотографировать результаты утренней бомбардировки Микккели, где находится Ставка самого Маннергейма…
Шесть вылетов за день!
Этот – уже седьмой, в любом случае последний: Солнце садится и скоро на землю опустится ночная темь.
Сделав по приказу нового штурмана-командира очередной заход над городом, в очередной раз удивившись незначительности повреждений городских построек после такого – мощнейшего за всё время Продолженной войны авианалёта, Григорий закинул в рот кусочек американского шоколада и жуя, невольно задумался…
Маршал Советского Союза Михаил Дмитриевич Бонч-Бруевич не обманул и после выполнения того – самого первого «особо важного задания», их экипаж наградили что называется «по-царски»: ему - «Вездеход» ГАЗ-61-73, его командиру майору Виноградову – «Персональную благодарность Верховного Главнокомандующего ВС СССР»…
Посмертно.
