- Говоришь так, будто ты девяностолетний дед!
- Ты когда-нибудь договоришься, ёжик!
- Что – ещё одно прозвище придумал?!
- Ну, раз «Шоколадка» тебе не нравится – буду звать Ёжиком.
- Тогда я буду звать тебя Дедом!
- Не-е! Дед у нас – это Шуга!
- А ты тогда кто?
- А я – Надежда Бантан и Солнышко!
- Фу, как пафосно!
Мужчина негромко рассмеялся.
- Что смешного? – тут же парировала девушка.
- Да так, ничего! – и перевёл разговор на другое. – Слушай, тебе никуда не надо – в магазин там или ещё куда?
- Ох, в магазин надо! У меня рис закончился! – спохватилась девушка, сразу теряя всю свою дерзость и непримиримость.
Хосок только улыбнулся про себя. А вслух нейтрально произнёс:
- Хорошо, куда заедем?
- Слушай, ты не обязан…
- Расслабься! Если бы не хотел – только ты меня бы и видела! Говори, в какой магазин?
- Там по дороге будет «Сэвэн Элэвэн». Я обычно в нём покупаю!
- Понятно, - ответил он и вскоре заезжал на стоянку у большого супермаркета.
- Эй, ты куда меня привёз?! Я тебе говорила…
- Тсс! – положил он указательный палец ей на губы, и девушка замерла, глядя на него темными глазами. – Мне тоже продукты надо купить. Да не напрягайся ты так! Пошли! – и он первым вышел из машины. Девушка оставила свои пакеты на сиденье и тоже покинула салон.
Они пошли в магазин, и там Хосок, взяв тележку, начал закидывать в неё самые разнообразные продукты – мясо, овощи, морепродукты, рис.
Мэй Лин шла рядом и только качала головой. Хосок, заметив это, протянул:
- Что-о?..
- Ты столько ешь?
- Ага, - беззаботно ответил он. – Я расходую очень много калорий. Их нужно восполнять!
- А может… У тебя просто глисты?.. – невинно поинтересовалась девушка.
- Вот ты язва! – расхохотался парень, и она невольно поддалась этому веселью и тоже улыбнулась. А рэпер покатил коляску дальше. Она опустила туда только пачку риса и упаковку кимчхи, а у кассы достала свои покупки и положила на конвейер перед кассой, но, когда кассир уже назвала сумму и Мэй Лин полезла в кошелёк, сзади раздался твёрдый голос:
- Аджумма, посчитайте всё вместе! Платить буду я!
- Нет, аджумма! Посчитайте отдельно! Я сама заплачу за свои продукты!
- Не спорь! Считайте, пожалуйста, аджумма!
- Я сказала…
- Может, вы потом выясните отношения, молодёжь? Не задерживайте остальных! – раздался сзади скрипучий голос какого-то старика.
- Конечно, харабоджи! – вежливо поклонился деду Хосок. – Я сам заплачу за свою девушку!
- Вот и молодец! Настоящий мужчина! – хехекнул старик.
- Я не его девушка! – завопила Мэй Лин, вне себя от возмущения.
Но тут вмешались остальные покупатели, требуя прекратить этот балаган и рассчитываться уже поскорее. И Хосок, ухмыляясь себе под нос, начал быстро выкладывать из тележки продукты, а потом, расплатившись и подхватив в обе руки четыре больших пакета, весело воскликнул: «Спасибо, аджумма!» и пошёл к выходу.
Мэй Лин, пыхтя, как рассерженный ёжик, старалась не отстать от него. Он погрузил пакеты в багажник и, обойдя машину, сел за руль. Сердитая девушка, прижав к груди свои пакеты, отвернулась от него, упрямо глядя в окно.
Мужчина молча вырулил со стоянки на трассу и поехал в сторону района, где жила Лин.
Они так и доехали, не обмолвившись ни словом. Остановившись у самого дома,
Хосок полез в багажник и вытащил оттуда все четыре пакета.
- Это ещё что?! – уставилась на него Лин.
- Где?.. – завертел головой он.
- Не придуривайся! - засверкала она карими очами. И пошла к дому. Хосок поспешил за ней.
- Ты зачем свои пакеты в дом тащищь?!
- Чтобы не украли! Райончик тут у вас неспокойный, надежды ни на кого нет, - невозмутимо ответил парень.
- Ну, ты – ж-жук!
- Ага…- откликнулся он, входя в домик.
- Зачем зашёл?..
- О-о-ой, Мэй Лин! Ну, давай без этого! Что, даже чаем в благодарность не напоишь?
- Какая благодарность? За что? – фыркнула она, разуваясь и проходя в комнату. – За то, что позорил меня в магазине?
- Ты сама позорилась! Могла бы и не кричать на весь супермаркет, что ты не моя девушка!
– он пронёс пакеты и положил их на стол.
- Но я – не твоя девушка! – поставила она кулаки в бока и застыла перед ним, как маленький храбрый солдатик. – Эй, куда ты…
А он повернулся и оказался стоящим как-то совсем близко к ней. Мэй Лин начала тихонько пятиться, но Хосок поймал её, осторожно, но крепко ухватив за предплечья:
- Попалась! Маленький колючий ёжик!
Девушка распахнула свои и без того большие глаза, и танцор вдруг утонул в них, в этой шоколадной глубине, на самом дне которой дрожали испуганные искорки и что-то ещё.
- Мэй Лин… - очень тихо произнёс он и начал наклоняться, желая поцеловать её, но в последний момент девушка резко отвернула лицо вбок, и губы мужчины остановились в нескольких миллиметрах от ее кожи. Он несколько секунд стоял так, а потом выпрямился и разжал пальцы.
- Забирай свои продукты и проваливай!..
- Это твои продукты, - ровно ответил он и пошёл в крошечную прихожую.
- Что?! Что ты там бормочешь?!
- Это твои продукты.
- Нет! Мне не нужны ничьи подачки! Я сама в состоянии…
