- Ну, когда мы сидели за барной стойкой, рядом с тобой опустилась какая-то девица. Ты угостил её коктейлем, и она начала напропалую флиртовать с тобой. Я-то сидел по другую сторону, но и то видел, как она лапала тебя.
- И что?
- А ничего, хён! Ты приговорил еще тройку коктейлей и начал жаловаться ей на жизнь. И всё твердил о том, как ты любишь свою Шоколадку… – парень, казалось, с трудом сдерживал улыбку, так и норовящую растянуть губы.
- Но я же не… с ней?.. – в глазах его мелькнул ужас.
- Не-а! Тебя основательно развезло, и я всё-таки уговорил тебя поехать домой! Ох, хён! Я понимаю теперь твою девушку – от тебя так разило в тот вечер! Как от целого подпольного алкогольного завода! Удивляюсь, как таксист ещё согласился взять нас… Она наверняка унюхала… - тут и без того большие глаза парня чуть не вылезли из орбит, а рот широко открылся. – Хён!! Та девица обнимала тебя весь вечер… А у неё были такие резкие духи!.. Блин! А что, если твоя девушка учуяла этот запах и подумала, что ты…
- Бля-а-а… – простонал Хосок, обхватив голову мокрыми руками. – Вот я дебил!
- Прости, хён, но тут я с тобой полностью согласен! – сочувственно посмотрел на него Чонгук.
- И что мне теперь делать?.. – лицо Хосока исказилось от осознания размера проблемы, в которую он умудрился вляпаться.
- Надо… поговорить с ней? – осторожно произнёс младший. Иногда со своей неожиданной мудростью он казался намного старше всех своих хёнов.
- Да не хочет она меня слушать! Просто сбегает в свою комнату при любой попытке…
- Ну, прости… Я не вижу другого выхода… – развел руками Чон-младший.
- Уффф… – выдохнул рэпер. – Ладно, спасибо, что рассказал мне это… Видимо, она, и впрямь так обо мне подумала… А я-то всё не мог понять, чего она от меня бегает…
- Ревнует, думаешь?..
- Хм… возможно… – задумался танцор.
- Ну, ты тогда лучше не затягивай… Объяснись с ней…
- Угу…
***
Но объясниться с Мэй Лин ему так и не удалось. Видя, что состояние Хоби-хёна ни на миллиметр не улучшилось, макнэ решился на самодеятельность. Пусть уж хён потом задаст ему трёпку за то, что сунул нос не в своё дело, но он хоть что-то сделает.
И однажды, когда Мэй Лин делала уборку в одном из помещений Биг Хит, дверь комнаты тихонько открылась, впуская высокую спортивную фигуру.
Девушка торопливо проговорила: «Я уже заканчиваю!», но когда подняла взгляд от полки офисного стеллажа, который в ту минуту протирала, парень, показавшийся ей смутно знакомым, протянул вперёд ладони и торопливо проговорил:
- Нет-нет! Вы не так поняли! Я пришел специально, чтобы поговорить с вами.
Девушка молча смотрела на него, и парень – большеглазый, с немного крупноватым носом («Красивый!» – отметила она) – зачастил:
- Я – Чон Чонгук, донсен Хоби-хёна! Пожалуйста, выслушайте меня! Это важно!
«Макнэ из BTS», – поняла девушка и только кивнула, как бы давая ему карт-бланш.
- Вы же Мэй Лин, да? Хоби-хён… Он очень переживает!
На лице девушки не дрогнул ни единый мускул, а Чонгук продолжал:
- В тот вечер я был вместе с ним. Мы поехали в клуб, и там… Хён выпил лишнего…
«Да уж!» – хмыкнула про себя Лин.
- …но он не делал ничего такого, за что бы вы могли сердиться на него!
- Это он послал вас?
- Что вы! – ужаснулся парень. – Если он узнает, что я подходил к вам, он прибьёт меня! А мне очень жалко его, когда он такой… Скажите… Он… что-то сделал? Он обидел вас как-то? Просто …Я проводил его до самой двери квартиры. Он больше нигде не был, только со мной…
- А женские духи? – вырвалось у Мэй Лин, и она тут же пожалела об этом, но сказанного было уже не вернуть.
«Вот оно!» – озарило Чонгука. А вслух он сказал:
- Вы не подумайте… Ничего такого не было… Просто… Там в баре какая-то слишком настырная девица… Она всё клеилась к Хоби-хёну… Обниматься лезла!.. Но он – ничего ей не позволил. Наоборот… Начал говорить о том... – парень запнулся и затихающим голосом закончил, - …как он любит вас!
- Он что, называл моё имя?! – ужаснулась девушка.
- Н-нет… Он говорил «Шоколадка»… – кирпичный румянец окрасил смуглые скулы айдола.
И Лин почувствовала, что тоже краснеет.
- А все парни уже знают, что Шоколадка – это вы… Простите… Но выслушайте его, пожалуйста… А то, боюсь, как бы он не натворил чего похуже – от отчаянья…
- Кхм… – прочистила девушка вдруг пересохшее горло. – Я… Спасибо вам, за то, что рассказали мне это…
- Вы… Не надо его ревновать. Для него никого не существует, кроме вас! Поверьте мне! Простите, если лезу не в своё дело… Хён – он очень хороший человек. Добрый, заботливый. Он – настоящий, правда! Дайте ему шанс, Мэй Лин-щи! Простите, мне нужно идти! – и он тенью выскользнул за дверь.
А Мэй Лин так и осталась стоять с пылающими щеками и гулко бухающим сердцем.
Всё оказалось так просто! А она нафантазировала себе бог весть что! Такая дурёха!
За это время она и сама извелась, не зная, что делать, как вести себя с мужчиной. Но при одной только мысли, что он мог обнимать и целовать другую женщину, а потом приходить домой и делать то же самое с ней, ледяной комок набухал в груди, норовя разорвать сердце.
