– Я не знаю, – ответила Дора. – В случае необходимости мы сможем переночевать в гостинице.
– Я должна буду переночевать в гостинице, – поправила ее Юдит. – Тебе нужно сегодня вернуться.
Дора скривила лицо. Юдит знала, что горничная не хотела ее оставлять.
– Дора, для меня будет больше пользы, если все будут думать, что я одна и ушла пешком. Во-первых, вы не будете в это втянуты. Во-вторых, мы тайно сможем обмениваться новостями, и я буду, таким образом, в курсе того, что планирует отец. Или где он меня ищет.
– Это вам и Тео смог бы передать, – возражала Дора.
– Конечно. Но представь, тебя тоже нет! Он вам всем перестанет доверять.
– Разрешите мне хотя бы господину Райнбергеру сказать, – настойчиво просила Дора, но Юдит энергично качала головой. – Нет, и ты знаешь почему.
– Господин Райнбергер хороший мужчина, – настаивала Дора. – И он так к вам расположен. Я думаю, что для него не станет проблемой тот факт, что вы ждете ребенка.
– О нет, я думаю, что будет! Ни один мужчина не захочет иметь у себя в доме чужого ребенка. Даже если он очень любит женщину.
Дора покачала головой, но ничего больше не сказала.
Они проехали по Шарлоттенплатц. В Штутгарте было относительно спокойно в этот второй день Рождества. На улице было несколько детей, некоторые прохожие направлялись в парк, но было очень мало повозок и практически не было автомобилей.
Юдит была очень благодарна Роберту, который так быстро организовал ее отъезд.
Она вдруг что-то вспомнила.
– Дора?
– Да, фройляйн Юдит?
– А куда это мой отец так стремительно направился? Что-то с близнецами?
Дора не могла скрыть улыбку.
– Говорят, что они подожгли сарай.
Юдит испугалась.
– Но с ними же ничего не случилось, правда?
– Нет, насколько я знаю, они не пострадали. Но им это так с рук не сойдет, отец устроит им головомойку.
– Он отправит их в интернат для мальчиков, – грустно сказала Юдит. – Он давно уже им этим угрожал. Он просто с ними не справляется.
– Им будет нелегко, – заметила Дора.
– Да. Но теперь, когда меня дома нет и мама не вернется, это, наверное, будет самое лучшее решение. – Юдит посмотрела на свои руки, спрятанные в меховой муфте. – Странно. Вдруг семьи больше нет, – с сожалением сказала она.
– Жаль, – утешала ее Дора. – Но у нас тоже все рано уходят из дома, чтобы зарабатывать на свое содержание. При таком количестве людей, которых надо кормить, как было у нас, родители радуются каждому, кто уезжает и больше не сидит у них на шее.
Тео стал ехать медленнее, наконец остановился и повернулся к ним:
– Мы на месте, фройляйн Юдит.
Юдит и Дора вышли, пока Тео доставал чемодан с вещами Юдит. Он с сожалением в глазах попрощался с ней и развернул упряжку, чтобы неподалеку подождать госпожу, на тот случай, если они не застанут сотрудницу полиции. Если все пойдет по плану, он сам вернется в Дегерлох, а Дора поедет на Цаке и сделает вид, что навещала знакомую служанку. Рождество, в конце концов.
Юдит посмотрела вслед упряжке, и, хотя Дора была рядом, чувствовала она себя ужасно. Вдруг она осознала, что шла по пути, на который попадали только «падшие» девушки.
– Пойдемте, – нежно сказала Дора и взяла ее под руку.
Они нашли рабочий кабинет сотрудницы полиции, как Роберт и описал. По всей видимости, кто-то был внутри.
Дора постучала, подождала, пока ей ответят, и открыла дверь. Она подбадривающе кивнула Юдит, и они вдвоем вошли.
Первым, что Юдит увидела, были дружелюбные карие глаза, которые сначала посмотрели на нее с удивлением, а затем с некой строгостью. Дора встала сзади Юдит и поставила чемодан.
– Чем могу помочь? – спросила женщина, взгляд которой стал мягче. Она носила форму медсестры.
Ничто в ней не говорило о том, что она сотрудник полиции, и Юдит немного успокоилась. Роберт упоминал, что сестра Хенни заботится исключительно о женщинах, которые преступили закон или по какой-то причине не знали, что делать дальше. Значит, она сталкивалась уже со сложными ситуациями. Юдит почувствовала, что она прониклась беспомощным доверием к этой женщине, которая сидела за простым письменным столом, с ручкой в руке, и все еще на них смотрела.
Юдит откашлялась.
– Я, я… – она не могла говорить. Стыд, волнение и печаль мешали ей.
Сотрудница полиции, видимо, в этот момент поняла, что с ней случилась беда, хотя Юдит и имела ухоженный внешний вид, в отличие от тех девушек, которые у нее обычно просили помощи.
Она быстро вышла из-за стола.
– Я сестра Хенни, – сказала она и протянула ей руку.
Юдит робко пожала ее.
– А кто вы? – дружелюбно спросила сестра Хенни.
– Меня зовут Юдит.
– Юдит, а дальше?..
– Юдит.
– Хорошо. Значит, Юдит. А ваша спутница?
– Дора.
– Дора – ваша горничная? Или служанка в вашем доме?
– Она моя горничная.
– Ну хорошо, Юдит. Что вас привело ко мне?
– Я… – Юдит еще раз сглотнула и взяла себя в руки. – Я в положении.
– И вы не замужем за отцом ребенка, – предположила сестра Хенни.
– Нет.
– И он не собирается жениться?
– Нет.
– Он знает о беременности?
– Нет. – Юдит старалась не плакать.
– Когда родится ребенок? Вы знаете?
– Примерно в конце июня.
