Решив, что Валентина, вероятнее всего, отдыхала здесь перед тем, как принять роковое (он в этом не сомневался) решение уйти из его жизни, лежала на этой самой постели, на этой подушке и даже оставила на наволочке свой след (он понятия не имел, каким тоном помады пользуется его жена), Кайтанов сел на кровать и обхватил голову руками. Он силился понять, что именно послужило причиной ее ухода. Его бездействие? Но ведь ее отпустили, потому что он внес залог! Он редко навещал ее? Чушь! Она не просидела там и суток, как он сделал все возможное, чтобы только ее отпустили. Тогда что?
Лицо у него горело, он вошел в ванную комнату, умылся холодной водой. И тут случайно бросил взгляд на унитаз и увидел там плавающий презерватив. И тотчас комната наполнилась истерическим женским голосом: «Вы слепец, Кайтанов. Ваша жена – настоящая б…дь, а вы как собачонка готовы целовать ей пятки… Ваша жена и Гордис – прекрасная пара. Замечательная пара. Взгляните, как они смотрятся… И Гордис, и этот жирный боров – это все любовники вашей жены…. Вашу жену надо было запирать в клетку… Разве нормальная женщина, да еще и на сносях, будет вести такую активную сексуальную жизнь, вы сами-то подумайте!»
Он зажал ладонями уши, чтобы только не слышать все это. Он зажмурился в надежде, что, когда откроет глаза, презерватива не будет. Но, открыв их, снова увидел эту плавающую резиновую мерзость, подсказывающую его воображению гадкие картинки:
Валентина с Иудой в супружеской постели, и грязные лапы потного компьютерщика лапают гладкий и белый живот… Или: Валентина лежит на спине, раскинув…
Кайтанов взвыл, словно дикий зверь. Он не помнил, как набирал номер домашнего телефона Иуды, как мчался к нему через ; весь город в надежде убедиться в том, что он в Москве и что исчезновение Валентины никоим образом не связано с этой жирной свиньей. Но Иуды дома не было. Кайтанов звонил и бился в дверь до тех пор, пока не пришел в себя и не вернулся домой. Он до глубокой ночи ждал Валентину, не дыша прислушивался к звукам работающего лифта, и сердце его прыгало всякий раз, когда он слышал какие-то шаги на лестнице…
В голову полезли самые разные мысли, связанные почему-то именно с Иудой. Кайтанов переманил его к себе в банк, посулив жалованье, на тридцать процентов выше, нежели то, что платили ему на прежнем месте, у Ваэнтруба. Настоящее его имя – Кайтанов вдруг вспомнил его – Морозов Александр Петрович. Он на самом деле был блестящим компьютерщиком, это оценили в банке все, кому пришлось обращаться к Иуде за помощью. Это Иуда оснастил компьютерный зал новыми машинами, снабдил всех первоклассными программами и решительно все делал с какой-то необыкновенной легкостью, даже вкусом. Да, безусловно, он – обаятельнейший и умнейший мужик, но Валентина не могла променять Кайтанова на Иуду, не могла! , В утренние часы, вспоминал Лева, Иуда всегда был на месте, в банке. К его работе нельзя было придраться, нельзя. Быть может, поэтому все постепенно привыкли к (тому, что после обеда его можно было застать только у Кайтанова дома… Он даже консультировал, находясь в кайтановской квартире, где чувствовал себя в последнее время, вероятно, как у себя дома…
Когда перевалило за полночь, Лева вдруг понял, что он смешон в своих подозрениях.
И что Валентина сбежала одна. По неизвестной причине, но сбежала. Если бы вдруг ее похитили (в это тоже верилось с трудом), то вряд ли похитители позволили бы ей собрать свои вещи, тем более продукты.
Когда в час ночи позвонили в дверь, он подумал, что сошел с ума. Никогда в жизни еще он так не реагировал на звук простого дверного звонка. Казалось, сердце его остановилось, а голова перестала что-либо соображать. В дверь все звонили и звонили, а у него не было сил даже подняться. Он испугался, что его стукнул паралич. Но постепенно он стал ощущать свое тело, поднялся, открыл дверь и был поражен, когда вместо Валентины или Иуды увидел перед собой женщину из его дневного кошмара – Кристину.
– Мне можно пройти? – спросила она чуть слышным голосом и подняла на него полные слез глаза.
– Где моя жена? – жестко, едва двигая челюстями, спросил Кайтанов.
– Мне надо поговорить с вами… – Она его словно и не слышала.
– Где моя жена? – повторил он свой вопрос.
– Я не буду бросаться вам на шею, обещаю. Тем более что я никогда не любила вас. Я не знаю, где ваша жена. У меня и своих проблем хватает.
– Зачем вы пришли ко мне? Вы имеете какое-нибудь отношение к исчезновению Валентины?
– Она исчезла… – Кристина усмехнулась и покачала головой. – Понятно…
– Входите.
Кайтанов вдруг остро ощутил, что эта женщина, явившаяся ему на глаза уже в третий раз, сейчас принесла известия еще более скандальные, чем те, которые ранили его в самое сердце днем. А потому надо было подготовиться к следующему тяжкому удару.
– У вас не найдется капельки коньяку или водки? – попросила она, зябко кутаясь в несуществующую кофту – обнимая себя руками.
– Найдется. – Он налил ей коньяку. – Так что вы хотели мне сказать?
