Ладно, придется вернуться на чердак и придумать другой план. Я пытаюсь протиснуться обратно и вдруг понимаю, что… не могу. Верчусь, ерзаю, дергаюсь и, наконец, прихожу к ужасному постыдному умозаключению: я застряла. Одна моя половина осталась внутри магазина, а вторая торчит из слухового окна. Спокойствие, только спокойствие, – начинаю убеждать себя я. Пускай сейчас сочельник, я застряла в слуховом окне зоомагазина, и никто не знает, где меня искать. Но ведь должен быть какой-то выход. Из любой ситуации есть выход.
Я все жду и жду, когда же выход изволит объявиться, но он, очевидно, слишком застенчив. И мой оптимизм постепенно начинает таять. А еще… Минуточку, это что,
Не в силах поверить, смотрю на кружащиеся в воздухе белые пушинки, что опускаются мне на лицо и шею. Небо, ты что,
И тут вдруг меня осеняет. Есть еще один маленький, крошечный такой шансик.
С колотящимся сердцем я достаю из кармана мобильный и поднимаю его, как можно выше, вытягивая руку и пристально вглядываясь в экран и… чудо! Чудо на Вудфорд-стрит! На экране высвечивается одна полосочка сети! И я сразу же набираю сообщение:
Люк! Застряла в «Питомцах Пита». Вудфорд-стрит, Бикерсли. Спасай!!! Ххх
Нажимаю «Отправить», затаив дыхание, смотрю на экран и, наконец, вижу «Доставлено». И облегчение заливает каждую клеточку моего тела. Он прочтет сообщение. И все будет хорошо. Я спасена.
Теперь, когда телефон, наконец, поймал сеть, на меня обрушивается целая лавина эсэмэсок. Я читаю их, и кровь приливает к моим щекам.
Бекки, мы можем поговорить?
Бекки, нам страшно не по себе.
Бекки, солнышко, мы с папой сейчас приедем. Нам нужно все тебе объяснить.
Бекс, ТЫ ГДЕ??? Мы волнуемся!!!
И как только я могла думать, что моим родным и близким нет до меня дела? Вот оно – доказательство обратного. И да, знаю, в таких вещах доказательства не нужны. И все же… Пожалуй, эти сообщения я пока удалять не буду.
Тут я вдруг слышу внизу какой-то шум, отрываюсь от сообщений и ахаю. Люди! Настоящие люди! Тут, в переулке! Они меня спасут! По противоположной стороне улицы идут мужчина, женщина и маленький мальчик, указывают на меня пальцами и улыбаются. Я тут же вскипаю. Нашли над чем
– Помогите! – принимаюсь вопить я, но они, кажется, меня не слышат. Только улыбаются все шире, а отец даже поднимает сынка на руки, чтобы тот мог лучше меня разглядеть. Поначалу я теряюсь в догадках, чего это они, но, наконец, до меня доходит. Костюм миссис Санты! Они думают, что это все какой-то праздничный розыгрыш.
– Я
Но они слишком далеко и не слышат меня. Только смеются и машут руками. А потом мужчина достает телефон – чертов нахал! – фотографирует меня, и, еще раз помахав на прощание, все они удаляются.
Я как раз мысленно составляю едкое письмо в «Таймс», когда подо мной с визгом тормозит машина, а из нее выскакивает Люк. Несется к зоомагазину и тут же принимается ломиться в дверь и кричать:
– Бекки?
– Привет! – ору я в ответ. – Люк, подними голову! Я на крыше!
–
– Все прекрасно! – кричу я в ответ, и тут подъезжает другая машина, из которой выскакивают Сьюзи, мои родители и Минни.
– Бекки! – в ужасе вопит мама, заметив меня. – Солнышко, осторожнее! Не упади! Грэхем, смотри, она на крыше!
– Сам вижу! – раздраженно рявкает папа. – Не слепой. Бекки, дорогая, держись!
– Бекс, прости,
– Мы все жаждем прийти на Рождество к тебе! – орет Дженис, и ее тонкий голосок эхом разносится в вечернем воздухе. – Джейн, с ней все будет в порядке? – В поисках поддержки она одной рукой хватается за маму, а второй за Сьюзи. – Что, если она свалится и убьется насмерть?
– Не волнуйтесь! – заверяю я их. – Я очень рада, что все уладилось!
– Эта Надин просто чудовище! – кричит папа. – Жуткое поведение!
– Мы все не так поняли! – во всю глотку вопит Сьюзи. – Ну и тупицы!
– Мы обязательно придем к тебе завтра! – добавляет мама. – Все вместе! Солнышко, и нам плевать на еду и все остальное. Нам важна только ты! Слышишь меня, Бекки, милая? Только ТЫ!
