Шопоголик и Рождество полностью

– Зато ты меня вдохновила, – продолжает нахваливать меня Сьюзи. – И мы все их распродали. Так что я решила всем нам выписать рождественский бонус. И сделать небольшой подарок. У меня тут каталог Hotel Chocolat. Налей себе кофе и помоги мне выбрать. С тобой все в порядке? – добавляет она, внимательнее вглядевшись в мое лицо. – Ты какая-то… задерганная.

– Нет-нет, все хорошо, – стараюсь бодро отрапортовать я. – Ну, не считая… Сама понимаешь…

– Чего? – Она явно теряется в догадках.

– Да Рождества, конечно! – Как я ни стараюсь, голос у меня обиженный. Я тут переживаю из-за ее ссоры с Дженис, а Сьюзи знай себе на лодочке катается, шоколад покупает и вообще ведет себя так, как будто все прекрасно.

– Но ведь с Рождеством все в порядке, – недоумевает Сьюзи. Мы с ней заходим в маленькую комнатушку для персонала.

– Ага, только никто ни с кем не разговаривает!

– О, Бекс, зря ты из-за этого так переживаешь, – закатывает глаза она. – Подумаешь, небольшая размолвка. Накануне Рождества вечно все ссорятся. Мы как-то раз приехали к дяде Мунго, так там до того все переругались, что пришлось заново план рассадки за столы составлять.

– А что в нем поменяли?

– Ну посадили рядом тех, кто еще не успел друг с другом поцапаться, – объясняет Сьюзи. – А остальных врозь. Моя кузина Мод не желала видеть тетю Элспет, поэтому ее посадили к ней спиной. А папа как раз незадолго до этого пытался добиться, чтобы дядю Мунго отлучили от церкви, так тот стал за столом угрожать ему ножом для разделки индейки. Но все в итоге уладилось, – безмятежно заканчивает она. – Так, небольшие семейные разногласия.

– Как по мне, – испуганно отзываюсь я, – звучит жутко! Не хочу я, чтобы у нас было такое Рождество. Наш праздник должен быть дружным. Поэтому я решила кое-что устроить в сочельник.

– Что?

– Вечер пряничных домиков. Все придут в рождественских свитерах, начнут собирать домики, помирятся. А я разожгу камин, сварю горячий шоколад…

– Бекс, ты что, рехнулась? – перебивает меня Сьюзи, и я обиженно моргаю. Ну вот, а мне казалось, ей моя идея понравится. – Ты и так уже вся на нервах, – внушает мне она. – Столько всего на себя взвалила. Бога ради, на что тебе еще одна вечеринка? Просто расслабься. Все будет хорошо.

– А что, если нет? – Знаю, получился визг какой-то, но день и так не задался с самого утра, а тут еще Сьюзи критикует мои попытки превратить реальную жизнь в рождественское кино. К тому же по дороге сюда я уже заказала по телефону двадцать наборов для изготовления пряничных домиков.

– Бекс, – начинает Сьюзи, – послушай… – Она набирает в грудь побольше воздуха, будто хочет дать мне какой-то совет, но сказать ничего не успевает – в дверь просовывается голова Айрин.

– О, Сьюзи, – в тревоге окликает она. – Тут одна покупательница требует менеджера. Хочет поговорить о спрюгге.

– Хорошо, – кивает Сьюзи, – сейчас подойду. А что она хочет узнать?

– Ну, вообще-то все, – отвечает Айрин.

– Ты толкнула ей речь на тему: «Есть мнение, что это слово пришло из норвежского языка?»

– В этом-то все и дело, – испуганно отзывается Айрин. – Она посол Норвегии.

В жизни не видела, чтобы Сьюзи была так похожа на ошпаренную кошку. Она подскакивает со стула и смотрит на Айрин круглыми, как плошки, глазами.

– Норвегии? – шипит подруга.

– Посол Норвегии, – с несчастным видом кивает Айрин. – Говорит, что никогда не слышала о спрюгге, и требует менеджера.

– О боже, боже. – Кажется, Сьюзи сейчас хлопнется в обморок. – Господи! На нас подадут в суд. – Она в панике оборачивается к окну – будто собирается вылезти из него и сбежать, но я хватаю ее за руку.

– Не подадут! – с напускной уверенностью заявляю я. – Нельзя же посадить человека за то, что он назвал какое-то слово норвежским. Ну же! Подойдем к ней и… поздороваемся.

Мы выбираемся из каморки для персонала и сразу же замечаем ее – очень хорошо одетую блондинку в классной парке. Сьюзи, кажется, с минуты на минуту пустится наутек. Я пихаю ее локтем под ребра. И тогда она начинает опасливо приближаться к покупательнице, приветственно протягивая ей руку.

– Здравствуйте! – каким-то диким голосом выговаривает она. – Добро пожаловать в «Сувениры Летерби-Холла». Меня зовут Сьюзан Клиф-Стюарт. Я владелец магазина и менеджер… – Она судорожно сглатывает. – Чем я… Что вы… э-э-э…

– Меня зовут Карина Гундерсон, – любезно отзывается дама. – И меня заинтересовала ваша подборка. – Она кивает на прилавок спрюгге. – Ваша ассистент сказала, что это, кажется, норвежское слово?

Сьюзи не находится, что ответить. Только открывает и закрывает рот и в панике косится на меня.

– Здравствуйте! – бросаюсь я ей на помощь, решительно устремляясь к Карине Гундерсон. – Позвольте представиться, меня зовут Ребекка Брендон, урожденная Блумвуд. Я здесь работаю и представить в магазине коллекцию спрюгге было моей идеей. Для нас спрюгге – это высшая форма счастья и благоденствия. Веселья, пронизывающего все вокруг. – Я раскидываю руки в стороны. – Это эйфория и величие. Сложность. И простота.