Туристы напирают на нас, пытаясь пробиться к фонтанам, но мы не обращаем на них внимания. Все смотрят лишь на Брента, который изучает бумаги.
Он читает документы, наверное, раза три. Затем, кивнув, поднимает глаза.
– Ясно. Я понял. Можно оставить это себе?
Случайный наблюдатель подумал бы: до чего же черствый и неблагодарный тип! Вот только руки у Брента заметно дрожат. Он складывает листы, и бумага вдруг с треском рвется, но мы делаем вид, будто ничего не заметили.
– Конечно, – кивает папа. – У нас есть копия.
Брент тщательно сворачивает документы, запихивает их в рюкзак и снова молча на нас смотрит.
– Наверное… надо сказать тебе спасибо, а, Грэхем?
– Всем нам. Мы действовали сообща.
– Но кто вы такие? – удивленно разглядывает нас Брент.
– Друзья Грэхема, – отвечает Дженис.
– И Бекки, – вставляет Дэнни, а Улла кивает.
– Я свекровь Ребекки, – представляется Элинор.
– Это Бекс придумала, как прижать Кори, – хвастается Сьюз.
– Мы назвали себя «Одиннадцать друзей Бекки», – поясняет мама. – Как в том в фильме, смотрели?
– И кто из вас Бекки? – спрашивает Брент, и я неловко шагаю вперед.
– Привет. Я встретила вашу дочь, Бекку. В трейлере, случайно, я не знала, кто она такая. И она сказала отцу, что вас выселили… Тогда все и закрутилось.
– Мы хотели добиться справедливости, – вступает в разговор Дженис. – До чего же мерзкий он гад, этот Кори, уж простите за выражение.
– Вы что, из Англии? – все больше теряется Брент.
– Из Оксшотта. Но сразу же примчались на помощь! – горделиво заявляет Дженис. – Для Грэхема и Джейн – все, что угодно.
– И для Бекки, – добавляет Сьюз. – Это она все организовала.
– Без вас ничего бы не вышло, – торопливо уточняю я. – Вы все – молодцы!
– Но… – Брент опять задумчиво потирает лицо. – Зачем вам помогать мне? Я же для вас посторонний человек.
– Мы помогали отцу Бекки, – просто поясняет Дэнни.
– Тебе надо благодарить мою дочь, – вставляет папа. – Это целиком и полностью ее затея.
– И кстати, спасибо за ваш лозунг «Э или ЗБ»! – вдруг вспоминаю я. – Теперь это мой девиз по жизни!
Брент молчит. Он смотрит на нас, и на его лице – крайняя степень удивления. Наконец он вновь поворачивается ко мне.
– Юная леди, вам очень повезло с друзьями. Или им – с вами.
– Мне – с ними, – твердо говорю я. – Они удивительные.
– На самом деле это всем нам повезло, – говорит вдруг за нашими спинами Улла, и мы удивленно смотрим на нее. За весь день она не проронила и трех слов, не считая разговора с Синди.
– Еще как, – подтверждает Сьюз.
– Ну… Во всяком случае, главное, что мы добились успеха, – неловко пожимаю я плечами. – И вы приехали. Знаете, вы обязательно должны пойти с нами на ужин!..
Я снова поворачиваюсь к Бренту, но его уже нет. Что случилось? Куда он пропал?
Мы в замешательстве оглядываем толпу, но понимаем, что он уже не вернется.
Брент ушел.
Рекомендованный Люку ресторан оказался выше всех похвал. Мы заказали по стейку и порции жареного картофеля, а заодно каждое блюдо из меню на пробу. Официант подал чудесное красное вино, и после первого же тоста все счастливо выдохнули. Наконец-то все закончилось.
Эта поездка изменила нас к лучшему. Родители сидят бок о бок напротив Дженис, рассматривают фотографии на телефоне и строят планы на экскурсию. Мамина истерика прошла, как и не было. Мама поглаживает отца по руке, а он то и дело сжимает ей пальцы, словно не желая больше отпускать.
Элинор тоже успокоилась. Они с Люком обсуждают наш грядущий отпуск в Хэмптоне, а Дэнни то и дело встревает в их разговор, пересказывая какие-то сплетни, так что Элинор изредка фыркает со смеху.
Можно подумать, что Дэнни так сдружился с Элинор, чтобы втюхать ей коллекцию, запустить новую линию одежды и получить громадную прибыль… Однако дело не только в этом. Между ними двоими возникла подлинная связь. Они уже договорились, что все равно отведут Синди на бал Института костюма, потому что бедная девочка ни в чем не виновата. (Я, между прочим, тоже рассчитываю на приглашение.)
На Сьюз и Тарки любо-дорого смотреть. Сьюз стала самой собой: прекратила хмуриться, снова хохочет над разными глупостями. А Тарки – того словно подменили. Я все наблюдаю за ним, пытаясь понять, что не так – но безуспешно. Он стал совсем другим. Должно быть, папа посоветовал ему что-то вроде «Притворяйся и привыкай». Уж не знаю, настоящий ли это Тарки, или он надел маску (и понимает ли он сам, где проходит граница), – однако результат впечатляет. Из него выйдет потрясающий лорд!
– В следующем году мы высадим не меньше тысячи новых деревьев, – говорит он отцу. – Хотя Сьюз их даже не заметит.
Она, само собой, заливается краской и бормочет:
– Еще как замечу! Буду лично ухаживать за каждым. Обожаю деревья.
Тарки насмешливо улыбается, и она краснеет еще больше. Судя по всему, Сьюз призналась. Вот и славно. А то их «Совиная башня» все нервы мне вымотала.
