— Вот и славно, — с этими словами Нилоэла поднялась и поцеловала дочку в лоб. — А теперь ступай к себе, мне нужно срочно кое-куда отлучиться.
— Куда? — маленькая гномиха вздёрнула любопытный носик.
— Разар. — Уловив в голосе Нило стальные нотки, хитрая непоседа послушно склонила голову и направилась в свои покои, не переставая перебирать в уме варианты места, куда понадобилось срочно отлучиться матери.
***
Нилоэла тенью выскользнула из своих покоев. Надвинув капюшон тёмно-бордового плаща на самый нос, нырнула в оживлённый тоннель, ведущий к центру горы. Смешаться с толпой оказалось нетрудно, сегодня в Эреборе было так много гномов, что на её неприметную фигурку попросту не обращали внимания.
Нило старалась вспомнить путь к подземному озеру, но память отказывалась подсказать дорогу. Сердце начало болезненно щемить, во рту пересохло от продолжительной ходьбы.
"Я хожу кругами", — нехотя призналась она самой себе, когда в очередной раз увидела золотоносную жилу, пронизывающую восточную часть Одинокой горы. Липкие от пота ладони сжались в кулаки. Нилоэла закрыла глаза и бессильно выдохнула, стремясь подавить вспышку гнева, порождённого отчаянием. Остановившись на одном из множества узких мостиков, служивших каменными артериями Эребора, она облокотилась на перила. Заглянув вниз, зачарованно рассматривала подземный город, светящийся огнями факелов и сиянием драгоценных металлов. Лунный оберег выскользнул из-под плаща, мягко блеснув отражённым светом. Нило поймала серебристо-серый камень, нежно прикоснулась губами к выбитым на нём рунам. Внезапный порыв горячего воздуха, вырвавшегося из кузниц, что находились уровнем ниже, донёс до слуха полукровки следующие слова:
— Прибавь шагу, Мерек! Мы должны сменить Форна и Игмила у сердца горы. Гонд с нас три шкуры спустит, если узнает, что мы опоздали!
Нило задержала дыхание, вцепившись в холодный металл, и вернула амулет за пазуху. Медленно повернув голову, она заметила двух гномов-стражников, явно куда-то спешащих.
— Да брось, Гатхол, — весело пробасил Мерек. — Сегодня начальнику стражи не до нас. Он занят обходом внешних постов.
Кровь прилила к щекам Нило. Сердце бешено заколотилось и ухнуло вниз. Глаза полукровки зажглись надеждой. С трудом разжав онемевшие пальцы, она двинулась вслед за удаляющимися стражниками.
Выстроив мирок, где каждый день был расписан по часам, Нилоэла перестала обращать внимание на внешний мир. Ей хватало собственных переживаний. Даже весть о гибели гномьего каравана из Красных гор не достигла её слуха. Кили строго настрого запретил Разар рассказывать матери о том, как она повстречала Сигила и Лайю. Для Нилоэлы выдумали легенду, гласящую что сироты родом из Железных Холмов. Отец их погиб в Битве Пяти Воинств, а мать умерла недавно от хвори. Детей же якобы приютили дальние родственники, живущие в Эреборе. Кили добродушно полагал, что тем самым поможет Нило, оградив от дурных новостей. Гномы старательно оберегают женщин своего народа, порой даже слишком. Нилоэле просто необходима была встряска, чтобы разорвать кокон, сотканный собственными руками.
Пытаясь не сбить дыхание, Нило спускалась вниз, с каждым лестничным пролётом становясь ближе к центру горы. Стараясь не попадаться на глаза стражникам, которые невольно стали ей провожатыми, она время от времени пряталась за массивными колоннами из старого камня. Во время коротких передышек, беспокойно облизывала пересохшие губы, гоня прочь настойчивое чувство жажды.
Что подтолкнуло её ввязаться в столь безрассудную погоню? Почему ей стало жизненно важно увидеть сердце горы? Зачем она вообще вышла из своих покоев? Нилоэла не имела чётких ответов на эти вопросы. Ноги сами уносили всё глубже под землю, к самому основанию королевства Эребор. А она не противилась внезапному порыву. С того самого момента, как услышала разговор гномов-стражников, в сердце поселилась твёрдая уверенность в том, что ей необходимо следовать за ними к подземному озеру.
Воздух становился всё тяжелей. Гномов вокруг становилось меньше. Их поток мельчал с каждым ярусом. Наконец прохожие вовсе перестали попадаться. Нилоэле приходилось чаще прятаться от гномов-стражников. Жажда сделалась нестерпимой. Она нервно комкала подкладку плаща. Только ей стало казаться, что путь становится смутно знакомым, как впереди замаячил вход в оскудневшую золотоносную шахту. Нило стало нечем дышать. Мучительные воспоминания прошлого нахлынули внезапно, горячим воском наполняя грудь. Она невольно прильнула к холодной стене тоннеля. Рвано вздохнув, чуть было не выдала своё присутствие. Один из стражников остановился.
— Гатхол, ты слышал?
Нило замерла, закрыв рот ладонью.
— Что? — неохотно спросил второй гном, оглядываясь на ходу. — Ничего необычного, просто где-то камень упал. Пошли уже, Мерек!
