Если бы взгляд таких красивых глаз мог убивать, Дрю был бы уже в могиле.
— Ты же, черт побери, прекрасно знаешь, что не ответил! — взорвалась она и сразу смутилась от собственной смелости.
Да, он не ошибся — эта молодая леди не привыкла крепко выражаться.
— Понимаешь, мне стало скучно, — сжалился он. В этом была частичка правды, однако углубляться в истинные причины своего решения он не хотел. Дрю вообще не любил пускаться в откровенность — и уж, во всяком случае, не собирался откровенничать с изобретательной и хитрой мисс Льюис.
Девушка между тем внимательно его разглядывала, и неяркий свет зари подтвердил, что глаза у нее не только красивые, но и умные. Дрю всегда нравились умные женщины… но и честные тоже.
— Скука, по-моему, не самый веский повод для… — Габриэль осеклась, замялась.
— Для чего, Габриэль? — быстро спросил он.
— Для того чтобы заниматься опасным делом.
Дрю рассмеялся.
— Ну, тебе вряд ли подобает рассуждать об опасности! Я, по крайней мере, не отправился бы перегонять стадо в качестве младшего поваренка, не умея сидеть на лошади или варить кофе.
— Нет, отправился бы, — отрезала Габриэль.
А она права, подумал Дрю, он ведь именно так и поступил.
— Но я обычно сознаю, на что способен, а что мне не по силам, — парировал он, хотя сам никогда над этим особенно не задумывался.
Девушка торжествующе улыбнулась, и это его смутило.
— Что же это, интересно?
— Что ты имеешь в виду? — спросил Дрю с нарочитым равнодушием.
— Что тебе не по силам? Я думала, ты способен на все.
Черт возьми, молодчина! Здорово умеет сбивать с толку. Да и все в ней ему нравилось и возбуждало его. Вот только одежда подкачала. Живая загадка, умная, уверенная в своем женском очаровании, как ни в чем не бывало сидит рядом в одной рубашке, с запачканным лицом, короткими взлохмаченными волосами — и ведет с ним на равных умный разговор.
— Так что же тебе не по силам? — после долгой паузы напомнила Габриэль.
— Я бы с большим удовольствием узнал, что тебе не по силам, — быстро нашелся Дрю.
— Так ведь ты это и так знаешь, — ответила Габриэль. — Я не умею плавать, — и, помявшись, — а также готовить.
Дрю не выдержал — рассмеялся. С каждой минутой девушка нравилась ему все больше, хотя внутренний голос твердил, что с ней надо быть осторожным. Впрочем, Дрю любил опасные ситуации — особенно когда «опасность» выглядела так соблазнительно. Глаза их встретились, и они разом поняли, что думают об одном и том же. Дрю охватил озноб.
— Я полагал, что каждая женщина хоть немного умеет готовить.
— А я полагала, что каждый погонщик знает, как удержаться в седле.
Габриэль задела его за живое. Дрю всегда гордился своим умением обращаться с лошадьми и не раз занимался выездкой, готовя их к призовым скачкам.
— Я, во всяком случае, и до перегона умел держаться в седле.
Габриэль вспыхнула. Она искусно могла скрывать некоторые чувства, но не могла приказать себе не краснеть.
— Да, ты прав, — сказала она наконец. — Это было довольно… смело с моей стороны. Мне показалось, что ездить довольно легко.
Дрю отвернулся, чтобы девушка не заметила его улыбки.
— Что же, ты не струсила, держалась, когда стадо обратилось в бегство, да и с Тузом подружилась.
— Он мне нравится, — тихо сказала Габриэль.
— Он хороший парень, — согласился Дрю, — просто ему не повезло.
Габриэль посмотрела на свои руки, сложенные на коленях.
— Все могло быть еще хуже, если бы тебя там не оказалось.
Дрю стало неловко от ее похвалы. Ничего особенного он не сделал, просто оказался в нужном месте и в нужное время. Вот и все.
— Так уж случилось.
— Но ты мог заняться и чем-нибудь другим, — вернулась она к прежней теме разговора.
— Да я мало к чему другому способен. Мои дарования проявлялись главным образом на карточном столе. И если бы я отказался от игры, больше мне проявить их было бы негде.
Габриэль покачала головой:
— С твоим-то образованием любое дело по плечу.
Дрю удивленно поднял брови:
— А что тебе известно о моем образовании?
— Это достойное образование, — невозмутимо уронила она, — я бы сказала даже — университетское.
— Да, я пил напропалую все свои университетские годы, — ответил Дрю, удивляясь и одновременно досадуя на точность ее догадок.
— И ты не простого рода.
Он фыркнул.
— Все мы не простого рода, девушка, — прямиком от Адама и Евы.
Габриэль задумчиво поджала губы.
— Но я не это имела в виду, — возразила она.
— А что же?
— Твои манеры. И походку, и то, как ты разговариваешь. От этого так и веет уверенностью в себе и богатством.
— Значит, богатство всегда соседствует с высоким происхождением?
Она плотно сжала губы, синие глаза вспыхнули от гнева. Злится, подумал Дрю. Не понимает, что с той же иронией он относится и к себе. Последние двадцать лет.
— Нет, разумеется, — язвительно отвечала Габриэль, — но ты до сих пор так и не ответил на мой вопрос.
— Какой?
— Почему ты отправился гнать стадо?
— Решил, что надо попробовать.
— Не верю этому ответу.
— Ну, значит, мы с тобой на равных, — резко ответил Дрю. — Я тоже не верю твоим ответам.
