А сейчас он, один из немногих, кто имел сумасшедший авторитет, лежит в Инвернессе, залечивая перебитые ноги. Да не, я считаю, ему повезло, что не словил пулю в живот или в грудь, но факт есть факт — Дональда с нами не было, к величайшему сожалению. Да и на севере, в Инвернессе, он не мог полноценно командовать, пока оставался иммобильным.
Его приказы передавала Анна Маккинтош самолично. Полевое командование взял на себя Саймон Фрэйзер-младший, его отцу Саймону уже никто не доверял, после того как он вел двойную политику. Он бы и сейчас продолжил выдумывать всякие козни, но болезнь прочна приковала его к постели. И не только болезнь, а еще и старость. Но сын, Саймон, был в авторитете, как сказали бы мы. В мое время. В моей стране.
Фрэйзеры и Маккинтоши почти стопроцентно встали под знамена Стюартов, после чего многие проправительственные кланы стали переходить на нашу сторону без боя. Маклеоды, в свое время, поставили под ружье сравнительно большие силы — в поддержку ганноверианцев, и с ними пришлось бороться. Зато Макдональды из Слита, игнорировавшие в сорок пятом призыв Чарльза, сейчас вливались в войско Дональда и Саймона, пусть и небольшими порциями, но начало было положено.
Мы нечасто получали сообщения с севера, но по тем сведениям, что достигали нас, можно было судить — кампания на севере уже почти закончена в нашу пользу.
Тем же самым утром, как только офицер ушел, я услышал грохот артиллерии замка.
— Что это за нахрен? — Повинуясь какой-то генетической привычке, я вжал голову в плечи. Но снаряд улетел куда-то правее наших позиций.
Я выглянул из окопа. К нам тянулись несколько подвод, очевидно со снарядами и порохом. Возможно, с провизией также.
— Едрить твою коляску!! — Ведь говорили же им, возить только по ночам! Я заорал: — Вы идиоты, спрячьтесь куда-нибудь!!!
Сам-то хорош. Куда они там спрячутся, на склоне. Вот сейчас гарнизонные пушкари пристреляются, у них это долго не займет. Но нет, две повозки повернули и начали уходить из пристрелянной зоны, два ядра взрыли землю как раз там, где они только что были. Третьей повезло меньше: чугунный шар переломил ее напополам. Хорошо хоть, не зажег ничего — порох или заряды, только раскидал в стороны людей и лошадей.
Несколько горцев из клана Макдональдов, находившихся при батарее, бросились помогать, пытаясь дотащить груз до нашего окопа.
— Куда?!! Стойте, болваны! Сейчас и вас достанут!!
Ну и конечно… Я оказался прав. На этот раз из замка прилетела бомба по уже пристрелянному месту. Рвануло так, что у меня в голове словно запрыгали гномы с миниатюрными кувалдами, колошматя по стенкам черепа изнутри. Прыгучие такие, собаки… Боезапас, что был в телеге, хоть и не весь, взлетел на воздух.
Когда я отряхнулся от налетевших комьев земли и восстановил слух, мне предстала великолепная картина: раздолбанная в щепки телега, умирающие клансмены и разорванные остатки лошадей.
Черт с лошадьми, несколько шотландцев еще были живы! Пока англичане перезарядятся… Была-не была! Я рванул из окопа с низкого старта. Один из Макдональдов шевелился. И не один даже. Я пригляделся — у самого ближнего ко мне был вырван бок. Не жилец. Метнулся к другому. У него лишь пара ранений, похоже, задело по касательной.
Я подхватил его под руки и уволок в окоп, не обращая внимания на боль в старых шрамах — тех, что прикасались к телу раненого. Выскочил обратно.
Помог бы кто-нибудь, что ли… Нет, артиллерийская прислуга, очевидно напуганная могучим взрывом и последовавшим обстрелом, засела на дне окопа и высовываться не собиралась. Одно дело самому пушку наводить, а другое — когда вокруг тебя взрываются снаряды.
Рядом рванула еще бомба и я распластался на земле. Поднялся на ноги — надеюсь, они еще будут долго перезаряжать — и помчался к раненым. Точнее, к телам, среди которых могли быть раненые.
Еще один горец — совсем молодой парень, со стоном пытался подняться. Явно контузия. Я попробовал помочь ему встать, но он лишь рухнул мешком. Черт, живой же, даже не ранен! Я поддел одну руку ему под колени, другой ухватил за плечи, поднялся, восстановил баланс. И поковылял к нашему укреплению. То есть, я думал, что несусь изо всех сил, но на самом деле, я полз, как покалеченная улитка.
Снаряд, яростно завывая, пролетел прямо надо мной, едва не задев волосы. Во всяком случае, такое ощущение возникло, честное слово.
И я хлопнулся на колени, выронив раненого. Мысленно, я от всей души просил у него прощения. Ну что за бл… Вторая бомба ухнула рядом, на склоне, осыпав нас землей.
Уроды, уйметесь вы там, нет?! Не уймутся, наверно. Мы же как раз напротив ворот, там и у них тоже вся артиллерия сосредоточена. Другого пути подступиться к замку нет, всюду отвесные скалы.
