— А вы кто?
— Я Марк Юльевич Мавзон.
— Я спрашиваю, кто вы по паспорту?
— А по паспорту я Марк Юльевич…
Любая знаменитость знает, что ответственной и важной частью PR-кампании по самовыдвижению является звучное или хотя бы благозвучное имя. У некоторых из них, к примеру у Аллы Пугачевой, проблем с этим не было с самого рождения. Однако многим явно не повезло. Поэтому, прежде чем начать свой путь к славе, им пришлось здорово попотеть, чтобы выбрать себе соответствующий псевдоним. Реальные паспортные имена и фамилии тщательно прячутся от публичного глаза. В результате публика, искренне заблуждаясь, наивно рассуждает о том, кому повезло с фамилией, кому — нет, а самые умные вспоминают о магии имен, совершенно не подозревая, что, скажем, Ирина Аллегрова — это вовсе не Ирина Аллегрова.
Конечно, не всегда причиной становятся поиски благозвучия. Это может быть случайно прицепившаяся кличка, как у Стинга (англ. sting — «жало»), носившего когда-то, желто-черный свитер и ассоциировавшегося у своих приятелей с осой, имя, прославленное когда-то другим человеком, как у Мерилина Мэнсона, взявшего себе для пущей кровожадности и инфернальности образа фамилию знаменитого гуру-убийцы Чарльза Мэнсона. Иногда берут профессиональный термин, который ярко и недвусмысленно характеризует то, чем занимается артист, как в случае с DJ Грувом. Западные знаменитости часто прибегают к элементарному сокращению своего законного имени, которое в полной версии требует незаурядной артикуляции для воспроизведения, а уж запомнить его и вовсе представляется сомнительным (согласитесь, Рики Мартин и Род Стюарт звучит куда демократичнее, чем Энрике Мартин Моралес и Родерик Дэвид Стюарт).
Наши же все-таки в большинстве случаев заботятся о благозвучии. В итоге из невнятно-азиатского Александра Бырыкина получается Барыкин, Борис Чернорубашкин обобщается до чисто трикотажного варианта Рубашкин, а официозная Надежда Заседателева становится очень народной Бабкиной.
Как правило, легко догадаться, что перед тобой вымышленное имя, а не настоящее, как в случае с Мадонной или Принсом. Но в любом случае мы становимся жертвами невинного обмана: путем нехитрого трюка «звезды» заставляют нас принимать себя за тех, кем они на самом деле не являются.
Однако, пожалуй, не стоит относиться к этому слишком серьезно. У них есть на то право и основания, о чем очень точно однажды сказал лидер ирландской группы «U2» Боно (урожденный Пол Хьюсон): «Во-первых, странно человеку всю жизнь довольствоваться родительским именем, когда очевидно, что оно по сути не подходит ему. Во-вторых, прозвища даются чаще всего по принципу соответствия личным чертам и могут впоследствии воздействовать на характер человека».
Макаревич ехал на большой скорости и врезался в рефрижератор. Когда он очнулся, вокруг валялись арбузы и дыни.
— Черт вас побери! Но ведь мне же некогда!
Телевизор уже давно заменяет нам не только собеседника, кинотеатр, концертные залы и многое другое, но и является своеобразной версией книги кулинарных рецептов. Программы, предназначенные для толстопузых гурманов, есть практически на любом уважающем себя канале. С некоторыми из подобных передач связаны определенные заблуждения.
В действительности сама стряпня в этом шоу — дело десятое. Поэтому Андрей Макаревич, встречаясь с очередным гостем перед съемкой программы, в девяти случаях из десяти понятия не имеет, какие познания тот будет демонстрировать. И даже если приглашенная знаменитость начинает инструктировать ведущего, знакомя его с мельчайшими подробностями процесса приготовления, Макаревич отмахивается со словами: «Только не сейчас! Мне неинтересно слушать это дважды». Иными словами, сценарий) у программы отсутствует как факт, все происходит спонтанно («Смак», кстати, делается без дублей и практически) без монтажа, то есть почти по технологии прямого эфира).! Однако случаи, когда гость ясно себе представляет, что и как он будет готовить, — большая редкость.
