Ситуация, конечно, постепенно меняется. Среди нас становится все больше тех, кто, руководствуясь принципом «доверяй, но проверяй» (а порой и «не доверяй, не проверяй»), избавляется от слепой веры в правдивость происходящего на телеэкране. Тысячи и тысячи людей озаряет мысль, что им лгут. Но до сих пор ситуация, когда охмуренный зритель цокает языком, качает головой и приговаривает: «Надо же, бывает такое!..» — не такая уж большая редкость. Человек верит, что любая пустопорожняя мелодрама, разыгранная перед его глазами по довольно жесткому сценарию ток-шоу и достоверно смонтированная, самая настоящая история «про жизнь». Он заблуждается.
Слово «шоу» в названии этого популярного тележанра — центровое. Оно развязывает руки любому создателю подобного проекта и демонстрирует, что любой «ток» в данном случае — всего лишь элемент шоу. Авторы не преследуют цель научить зрителя чему-нибудь или дать пищу для размышлений, их основная задача — ублажить сетчатку его глаза, животно-социальные инстинкты, развлечь, повеселить, напугать, удивить. По сути, ток-шоу ничем не отличаются от КВН или «Поля чудес», и требуется от них лишь одно: удержать у экрана максимальное количество зрителей и заработать рейтинг, чтобы после «содрать» побольше денег с рекламодателей. Это абсолютно честный бизнес. И прибыль он приносит посредством использования таких же честных методов, ведь никто ни до, ни после программы не уведомляет зрителя о том, что все бушевавшие в студии страсти были настоящими. Актер, играющий на сцене театра Раскольникова, точно так же не должен никому объяснять, что сам по себе он человек хороший и убивать во имя светлой идеи никого не собирается. Таким жестом он лишь обидит компетентного зрителя. Но с театром все просто, поскольку только человек с психическими отклонениями не поймет, что перед ним художественный вымысел и клюквенный сок. Со «съездами трепачей», именуемыми ток — шоу, дело обстоит иначе. Здесь все преподносится с таким серьезно — глумливым выражением лица, будто спроектированный редактором выпуска «капустник» придуман самой жизнью.
Человек, тонко чувствующий и способный ощутить гнилой запах неискренности, даже сквозь барьер телеэкрана сумеет выявить махинацию. Дешевая актерская игра, целлулоидные эмоции, нелепо разыгранные сценки драк и публичных попыток удушения выдают сами себя. Крокодиловые слезы девушки, исповедующейся в своей искрометно-распутной и одновременно несчастной жизни, вызывают подозрение. Хладнокровие парня, рассказывающего трагическую историю о том, как его изнасиловали сразу восемь мужиков, настораживает. Если вы хоть раз в жизни присутствовали на бездарной постановке провинциального театра, вас неминуемо охватит чувство дежа вю.
Вот мы и вернулись к театру. Все затевавшиеся журналистские расследования о подставных лицах в наших ток-шоу (в разное время этому посвящались публикации в «Известиях», «Комсомольской правде» и других изданиях) заводили их авторов именно в дебри театральных кулис. Само собой, не больших авторитетных театров, где каждый второй артист — знаменитость государственного или международного масштаба. Даже думать о том, чтобы воспользоваться лицедейскими способностями, скажем, Дмитрия Харатьяна или Ирины Муравьевой, было бы глупо. Поэтому создатели ток-шоу отправлялись на промысел в укромные и малозаметные храмы культуры, где молодых «не — раскрученных» артистов — тьма — тьмущая. К передачам, пользующимся услугами юных дарований, относят все отечественные ток — шоу. Но шум, естественно, поднимается только вокруг самых популярных — «Большая стирка», «Про это», «Моя семья», «Что хочет женщина?».
По сведениям, добытым любопытными журналистами, подбором кадров занимаются так называемые «бригадиры» — представители команды, работающей над ток-шоу. Процесс эксплуатации рабочей силы молодых актеров поставлен на поток: зарплаты в театрах районного масштаба не сказочные, поэтому подработать мало кто отказывается. Говорят, в некоторых труппах заведены очереди на участие в ток-шоу и актеры живут в постоянном ожидании «левого» заработка. Суммы, выплачиваемые за одно «выступление», никто не афиширует, но, по слухам, их размер колеблется от 300 до 3 000 рублей. Есть в этом бизнесе и свои «звезды», они всегда нарасхват, и внимание к их персонам проявляют одновременно несколько ток-шоу. Поэтому актеры и кочуют из одной программы в другую. Проницательные зрители, тщательно отслеживающие телеэфир, вычисляют подобных наемников. Письма такого рода теледетективов не раз публиковались в прессе. Люди чуяли подвох, когда замечали, что нагловатый «новый русский», озабоченный поиском красивой жены-дуры, который выступал в «Моей семье», и забитый человек-тряпка, жалующийся на террор тещи в «Большой стирке» спустя 4 месяца, — один и тот же человек. Подозрения вызывала также девушка, поведавшая в одном ток-шоу о своих бурных служебных романах, а в другой передаче спустя какое-то время — о бойфренде, которого она благородно уступила подруге. В этих случаях предположения так и остались предположениями.
