– Твой сестреныш скоро вернется? – спросила Оля, расставляя бокалы на журнальном столике.
Я любила свою подругу. Она всегда беспокоилась о воспитании моей сестры, всегда переживала, что подаст ей плохой пример.
– Нет, где-то около трех. У нее после школы репетитор, – пробормотала я, присаживаясь на диван.
Я глотнула немного вина и закусила темным шоколадом. На душе было скверно.
– Ты должна понять, что на универе жизнь не заканчивается, – сказала Оля. – Тем более ты сможешь восстановиться, когда будет побольше времени на учебу.
– А будет ли? Со временем мне все труднее обеспечивать сестру. Ты же знаешь, что у меня уже две работы. – Я задымила сигарету.
Да, у меня было немало плохих привычек, одной из которых было курение. Работая в общепите, очень трудно прожить без сигарет, а денег хватало только на дешевые. Меня порой мучила совесть за то, что я трачу деньги на то, без чего вполне можно прожить, вместо того, чтобы потратить их на сестру. К слову, от нее сигареты приходилось прятать. А курила я в основном на улице, чтобы не отравлять ее мерзким запахом табачного дыма, который остается, если дымить в помещении. Я искренне надеялась, что она не догадывается о моей привычке, ведь я была для нее примером. Она всегда гордилась мной. Гордилась, потому что не знала в полной мере, из чего состоит моя жизнь.
– Ты не хочешь взять отпуск на какое-то время? – спросила Оля.
Я лишь отрицательно покачала головой, потому что у меня не было такой возможности. Долг за квартиру уж точно не давал мне этого сделать.
– Я не понимаю, откуда у тебя столько сил… – пробормотала Оля, глядя в пустоту своими карими глазами.
– Знаешь, я порой и сама этого не понимаю.
Ректор долго и нудно нес какую-то ересь про то, какие хвосты мне надо закрыть. Я знал, на что он намекает, поэтому не видел смысла в своем дальнейшем пребывании в его кабинете. Ненавидел, когда меня вызывали на ковер. Как только я покинул кабинет, то нашел в телефоне контакт помощника моего отца, который обычно и решал подобные проблемы. Я не сомневался, что и в этот раз он подъедет, и в сейфе ректора немного прибавится денежных купюр.
Вернувшись домой, я завалился спать. Хотя прислуга и пыталась накормить меня чем-то, в горло ничего не лезло. Я проспал практически весь день, а вечером принял душ и снова поехал по клубам.
Почему я вел такой образ жизни? Да потому что мне так нравилось. Я любил это состояние: танцевать с девушкой, когда ты изрядно пьян и музыка захватывает вас обоих. Я любил ощущение скорости ночью, когда вел машину под градусом. Да, я знал, что это опасно, но мне было все равно. К тому же, это нравилось моим друзьям. К тому же, девушки буквально прыгали ко мне в постель, как только узнавали, сколько у меня денег.
В клубе этой ночью было тухловато. К слову, я встречал в основном тех дам, с которыми у меня уже что-то было. Хотелось чего-то новенького.
– Слушай, тут недавно новый клуб открыли, – сказал мне мой друг Игорь, перестав наконец залипать в телефон.
– И как он называется?
– "Вегас".
Я про такой еще не слышал.
– Поедем? – спросил он.
– Ясен пень, тут-то ловить уже нечего.
Сначала я пожалел, что мы решили поменять место отдыха, потому что новый клуб показался мне дырой. Все выглядело куда более дешевым, нежели там, где мы привыкли обитать. Но оказалось, что в "Вегасе" все же гораздо веселее, нежели там, поэтому мы решили остаться.
Мы прошли к барной стойке, где почему-то никого не оказалось. Пришлось подождать несколько минут, но я не пожалел, потому что девушка, которая была барменом, своим появлением вскружила мне голову. Либо на меня уже сильно подействовал алкоголь, который мы употребили по пути, либо она действительно была красивой. Я вспомнил, что видел ее по пути в ректорат этим утром. У нее были русые волосы, собранные в небрежный пучок, белая обтягивающая майка. Что на ней было надето ниже я, к сожалению, не видел. Еще я не видел, что написано у нее на бейдже, потому что она стояла достаточно далеко от нас, обслуживая другого гостя.
– Девушка, а можно нам два Лонг Айленда? – спросил я, когда она наконец подошла к нам.
Мне все-таки удалось разглядеть имя на бейдже. Ее звали Алиса, и я не сводил с нее глаз, пока она делала коктейли. Она же даже взгляда на меня не подняла, что начинало меня раздражать. Ее лифчик с кружевом немного просвечивал через майку, что не могло не привлекать мое внимание.
Когда она отдала нам коктейли, то назвала сумму. Я достал самую крупную купюру, на которую смог наткнуться и протянул ей. Это была сотня долларов.
– Сдачи не надо.
Но она нахмурилась и не стала брать у меня деньги со словами:
– А можно в рублях? Мы не принимаем доллары.
Я приподнял бровь и достал пятитысячную купюру и протянул ей. На этот раз она взяла деньги.
– Девушка, а во сколько вы заканчиваете? – спросил я.
Она кинула купюру в кассу, но все же отсчитала мне сдачу и положила чекбук с ней на барную стойку.
– Я же сказал, что это вам. – Я пододвинул чекбук в ее сторону.
