— Куда вы меня ведете? — вопросила я, как только мы покинули пространство кухни, погрузившись в приглушенный свет вечерних коридоров резиденции Арчибальд.
Неприятная волна холодных мурашек пробежалась вдоль позвоночника, больно царапнув инстинкт самосохранения. Но я попыталась подальше загнать свою паранойю. Стрелок, конечно, псих, но не настолько, чтобы нападать в здании, да еще и при свидетелях, которые на короткой ноге с президентом.
— В ваши апартаменты, мисс Оплфорд. — отозвался сэр Аньелли. — Вам нужно отдохнуть.
Я неопределенно хмыкнула. И в чем же причина, побудившая мужчину отвести меня спать? Неужели я настолько жалко выглядела, что меня под конвоем решили сопроводить в объятия Морфея? Определенно, с моей женской хваткой что-то случилось. До начала шоу на меня смотрели как на симпатичную девушку, за которой можно поухаживать, а сейчас меня либо пытаются убить, либо вот, спать отправить. Единственный молодой человек, проявивший чисто мужской интерес, и тот оказался извращенцем и по совместительству предводителем дикого племени. Роберт, к сожалению, не в счет. У него чувства вызваны уязвленным самолюбием, а не возникшей симпатией.
— Этель…вы же позволите себя так называть? Так вот, Этель, я прекрасно понимаю переполняющие вас чувства. — произнес сэр Аньелли, плавно сворачивая в сторону холла первого этажа. — Вы напуганы, поэтому срываетесь на окружающих. Сегодняшнее ваше поведение, к сожалению, доказывает, что стрелок добился своей задачи. Он напугал вас, вверг в состояние паники. Пожалуй, не очень лестное сравнение, но вы ведете себя как загнанное в угол животное: срываетесь, рычите, показываете зубки. Адекватная реакция, должен сказать, но несколько разочаровывает. На протяжении всего конкурса вы демонстрировали оптимизм, завидную жизнерадостность и отличие во взглядах на жизнь. Возможно, именно этим и навлекли на себя внимание нашего субъекта. Хотя и нет улик, доказывающих, что охота ведется именно на вас. В каждом из случаев вы могли оказаться лишь случайной жертвой. Согласитесь, в кабинет мог войти любой человек, точно также, как и оказаться на тропе. Инцидент с попыткой вашего…кхм…сожжения мы пока не рассматриваем в цепи этих трагичных инцидентов.
Я кивнула, ожидая продолжения. И не потому что мне было важно услышать мнение сэра Аньелли о сложившейся ситуации, просто его плавная и гибкая речь успокаивала, отгоняя прочь панику. Мы неспешно поднимались по ступеням, замолчав и обдумывая только что произнесенные слова.
— Вам бы домой, к родителям, в безопасность. — продолжил сэр Аньелли. — Я, признаться, думал, что так вы и поступите. Своя шкура дороже. Но вы вновь удивили, изъявив достаточно громкое желание продолжать участие. Вы борец, мисс Оплфорд. Редко, когда среди современных женщин встречается такая искренняя независимость и упорство. Вам бросают вызов, стреляя из ГЕНО 744, а вы подписываете контракт и пылаете жаждой мести вместо положенных слез и попыток бегства. Удивительно.
Свои мысли о том, что среди современных женщин только и встречаются, что сильные и упорные представительницы прекрасного пола, я оставила при себе. Незачем разрушать наивные мужские иллюзии. А то снова задену мужское самолюбие, а потом оправдывайся.
Да и заявление про борца было сомнительным. Я просто не люблю сдаваться, когда на меня давят. Это все равно, что прогнуться под обстоятельства, доказать, что они сильнее. Мне же нравится думать, что я могу справиться со всем, что выкинет жизнь. А слезы? Слезы — это нормально. Значит, что тебе не все равно. И плакать я себе позволяю, но только тогда, когда это уместно и не будет мешать действовать. Вот сегодня, например, в кабинете доктора мои слезы стали бы отвлекать от основной задачи вытащить пулю, поэтому я держалась. Но в лесу, до этого, я не стесняясь выплескивала эмоции. И стыдно мне не было.
— Я увидел в вас стремление, огонь, даже деловую хватку, продемонстрированную во время подписания контракта — все то, что принято считать признаком силы. — признался сэр Аньелли. — Но я совершенно забыл, что вы молоды, в далеке от семьи и тех, кто может оказать поддержку, а еще, что вы — хрупкая девушка. Я вижу, что вы пытаетесь быть независимой. Не нужно этого делать. Страх в сложившейся ситуации совершенно нормальное явление, и вам нужно было сразу же позвать меня.
— Для чего же мне нужно было позвать вас? — удивилась я, даже замедлив шаг. Вот логика-то! Вы — борец, но я рад, что вы хрупкая девушка, боитесь и вообще, почему вы меня не позвали? Это что, очередной повод проявить свою геройскую сущность и выручить даму в беде? Вот только не думаю, что сэр Аньелли сможет помочь мне справится со страхом быть убитой. Тут и психолог не поможет. Только правосудие и решетка вокруг преступника.
Но мы уже подошли к моим апартаментам. Сэр Аньелли галантно подвел меня к двери, дождался, пока я ее открою и зашел первым, осматривая помещения на предмет маньяков с ножом. Я же все это время стояла на пороге, со смешанными чувствами наблюдая за действиями британского лорда.
