Как, позвольте узнать, я не заметила бдящих за мной двухметровых амбалов? Что-то не удивляет теперь, что я не сразу обнаружила пулю у себя в плече. Боже, меня убьют я и не замечу. Определенно, идея с охраной была очень и очень неплохой.
— Здравствуйте, — произнесла я негромко, задрав голову, чтобы рассмотреть их лица. Ух и высоко! Их там не укачивает, случайно?
На меня уставилось три пары немигающих глаз. Мне потребовалось несколько секунд на то, чтобы осознать, что последнюю фразу я произнесла вслух.
— Не укачивает, — заверил меня блондин.
— И не сдувает? — поинтересовалась я пока была возможность.
— Нет, — отозвался уже брюнет.
— Ну да, — задумчиво пробормотала я. — в космосе же кислорода нет, а значит и ветра тоже.
— Мисс Оплфорд, — усмехнулся Клодель Арчибальд. — перед вами два моих доверенных агента. Им вы можете рассказывать обо всем, что вас настораживает или вызывает опасения. Вопрос вашей безопасности полностью лежит на их плечах. Справа агент Гофман, — блондин вежливо оскалился, явив миру прекрасную работу стоматолога. — слева агент Джонс. — брюнет также продемонстрировал, что у дантиста бывает часто.
— Этель, — вежливо произнесла я, решив, что раз уж за мной будут бдить, то официальное обращение будет несколько неуместно.
— Днем за вами будут следовать неотрывно, — продолжил Клодель Арчибальд. — ночью дежурят по очереди. В случае опасности вы прячетесь за их широкие спины и не геройствуете. Это ясно, мисс Оплфорд?
Я оглядела спины агентов Гофман и Джонс. Да за одного из них можно две меня спрятать. А если боком, то и четыре войдет. Как они вообще в дверной проем проходят с таким-то плечами? Нет, ну красиво, конечно, выглядит надежно, тут невольно начинаешь себя чувствовать, как за каменной стеной, но ведь неудобно. Несчастные.
— Мисс Оплфорд, — с нажимом повторил инквизитор. Охрана быстро метнула на Клоделя Арчибальда взгляд. Сие действие заняло не более двух секунд, но и этого было достаточно, чтобы я заметила промелькнувшую настороженность. Ничего себе он их вымуштровал. — вам ясно?
— Да ясно мне, — отмахнулась я. — вы мне только скажите, в SPA-салон мне их с собой брать? Их же девочки загрызут.
— Этель, — произнес агент Джонс проникновенно. — мы профессиональные инквизиторы, потратившие пять лет на обучение в университете, а затем прошедшие двенадцать специальных курсов. Вы считаете, что мы не сможем справиться с группой женщин?
— Вы не знаете, что такое женская солидарность и дефицит мужчин, — произнесла я задумчиво. — Вас, драгоценные мои, на кусочки раздерут, пока делить будут. А потом клеем склеят, осознав, что вас двое, а конкурсанток тринадцать.
Агенты задумались. Хорошо так задумались. После чего обменялись довольными взглядами, видимо, решив, что быть двумя свободными парнями среди группы тринадцати обалденно красивых женщин — это очень даже не плохо. Вернее, просто потрясающее везение.
— Свободны. — произнес Клодель Арчибальд, усмехнувшись. Агенты Инквизиции уставились на него так, словно увидели восьмое чудо света, но, быстро совладав с шоком, удалились, отдав честь. Что вызвало коллективное удивление я не поняла, но прониклась, вперив изучающий взгляд в Клоделя Арчибальда. — Что вы пытаетесь отыскать на мне?
Я пожала плечами, возвращаясь к неспешному поглощению кофе.
— Агентов что-то удивило в вашей реакции, — отозвалась я. — Предположительно то, что вы улыбнулись. Неужели вы так редко выражаете свои эмоции?
— Мисс Оплфорд, обычно на работе мы сталкиваемся с трупами, теориями порабощения мира, заговорами и снова труппами. Как вы считаете, в таких ситуациях улыбки уместны?
Я смущенно улыбнулась, отведя взгляд. Да, не подумала. А ведь действительно, как отреагируют родственники жертвы, завидев обалдело-счастливое выражение лица следователя? Я бы заподозрила у инквизитора склонность к маньячеству. Ну, не может вид труппа радовать кого-то. Конечно, если ты не гробовщик или крематор. Тогда да, у них же особое видение ситуации. Личная выгода и процент с оказания услуги, называется.
Раздалась мелодия вызова с сенсора. Не моего, разумеется. Во-первых, у меня нет сети, а во-вторых, мой сенсор находится в пакетике вещественных доказательств вместе с обрывком договора. Клодель Арчибальд потянулся к карману, извлек сенсор и поморщился при виде вызывающего. Я бы предположила, что это начальство, но Клодель Арчибальд бы маршалом Инквизиции. А звонить самому себе — это дурной тон.
— Мне нужно ответить на звонок, мисс Оплфорд. — произнес инквизитор. — Благодарю за приятную компанию.
— Хорошего дня, мистер Арчибальд. — вежливо отозвалась я, удостоившись последней улыбки инквизитора, после чего Клодель Арчибальд стремительно покинул террасу.
