И ушел. Утешать ее он, разумеется, не собирался. В памяти прошлого Хару она навсегда останется несносной школьной королевой, которая жалости не заслуживает. Салфетки — это последствие дедулиного воспитания, совсем никак не отреагировать на женские слезы Хару бы просто не смог.
Последнее заявление он дописал прямо в учительской, пристроив листок на краю стола. Учитель не спрашивал, почему Хару не дописал все в классе — кажется, понимал причину.
Случай с Джиу не то, чтобы напомнил о проблеме… но был где-то рядом. Айдолы, как известно, отношения заводить не могут. И тут дело вовсе не в злых агентствах, а в фанатах. У этого феномена даже есть что-то вроде объяснения. Хару это вроде как понимает, но Антон внутри него все еще не может принять. Суть в том, что айдол — не артист, это немного другое. Эта работа требует огромной самоотдачи, потому что фанаты поддерживают своих айдолов больше, чем просто артистов. Айдол — это такой тамагочи, его нужно постоянно кормить вниманием и деньгами, иначе группа перестанет существовать. Популярность в индустрии достигается за счет цифр. Нужно постоянно слушать музыку, голосовать, покупать как можно больше альбомов, покупать мерч, покупать места на фансайны, покупать билеты… вообще, покупать нужно реально очень много. Иногда фанаты вкладывают в продвижение любимой группы практически весь свой доход. И агентства, разумеется, активно это поощряют.
Такая преданность достигается за счет парасоциальных отношений. Айдол — твой несуществующий друг, он же — твой парень. То, как айдолы общаются со своими фанатами, должно поддерживать это ощущение особых отношений: личных, немного романтических. Айдолы должны, как минимум, создавать иллюзию того, что они готовы на все ради любви фанатов. И самая главная их «жертва» — то, что они никому на самом деле не принадлежат. Чтобы фанатки могли спокойно грезить о том, что айдол — их парень, айдол вынужден быть одиноким. Если у него есть девушка, значит, он занят, он обманщик, он изменил своим фанатам.
Но… Секс и отношения — это одна из важных сфер в жизни любого человека. Желание быть рядом с кем-то абсолютно нормально и естественно. Понятно, что этим можно жертвовать, когда у тебя есть более важные цели. Вот только у Хару были сомнения, что он сможет отказаться от физической близости на все время своей карьеры в качестве айдола. Не то, чтобы у него были сильные проблемы с возбуждением — флегматичный характер тут оказался очень кстати, но это не значит, что он готов соблюдать целибат до тридцати лет.
Просто он не представлял, что с этим делать. Жертвовать возможной карьерой ради интрижки… этого он себе не простит. Поэтому не отказать Джиу он не мог. Но легкое раздражение все же присутствовало. Симпатичная девчонка. И она, судя по всему, реально в него так втюрилась, что готова на все. Не будь у него в планах дебют в айдол-группе — мог бы рискнуть, у актеров в таких вопросах риски меньше. Но айдол… айдолу не простят слухи об отношениях с одноклассницей. У Хару не было уверенности, что Джиу реально сохранит все в тайне. К тому же… это ведь реально была бы интрижка. Он уже не способен воспринимать Джиу как потенциального партнера или романтический интерес.
Обо всем этом Хару размышлял уже по дороге к дому Хон Хесон.
То, что она позвала его к себе квартиру, тоже немного смущало, но задавать вопросы Хару не стал.
Три остановки метро. В вагоне много школьников, все спешат либо домой, либо на дополнительные занятия. Хару надел маску и купил дешевую бейсболку в магазине по дороге к метро. Натянул ее пониже и постарался в метро не отсвечивать. По верхней одежде его не опознают — пальто этого фасона и цвета и прежде было модным, а сейчас его повально начали носить молодые парни.
Квартира у Хон Хесон была привычно-корейская. Светлые стены, современная мебель, кое-где яркие акценты, но, вообще, все достаточно скучно. Она вручила Хару пакет с одеждой и предложила переодеться прямо в гостиной. Сама ушла в спальню, тоже переодеваться. Хару рассеянно отметил, что дверь она не закрыла до конца.
От стилистов Хару получил бежевые брюки и свитер чуть более темного оттенка. Темно-коричневые ботинки, ремень и тонкий кожаный браслет. Радовало, что это не какая-то красная шуба. Все с бирками, отрезать которые нельзя.
Хару быстро переоделся, свою школьную форму положил в тот же бумажный пакет, где до этого лежала новая одежда. Хесон вышла из комнаты уже через несколько минут в традиционной мини-юбке.
Ехали в такси, попутно разговаривали о том, что Хару должен написать в посте. Это не рекламная интеграция, а заказ от агентства — книги являются спойлерами к дебюту.
— Зачем нужны спойлеры? — спросил Хару.
Ехать все равно довольно долго, так что хотя бы немного повысит уровень собственных познаний.
