– Присоединяюсь к требованию Егора Карловича, – добавил от себя командир корпуса. – У меня, господин капитан, кроме прочих соображений, ещё и вполне конкретный приказ министра беречь вашу персону, елико возможно, от всевозможных случайностей. Никаких ненужных авантюр. Война есть война, но излишнего риска нужно избегать.
Гусары и казак слегка ошалели от такой заботы обо мне со стороны самого Барклая. Однако Витгенштейн поспешил прояснить ситуацию:
– Капитан Демидов, господа, учёный с мировым именем, в армию пошёл добровольно и немало уже сделал для будущей победы над Бонапартом. Победы, в которой я не сомневаюсь.
Лихих офицеров у нас достаточно, так что рисковать вашей головой, Вадим Фёдорович, без особой необходимости мы не станем.
«Ну и что тут вякнешь? Приходится смириться».
– Ваше сиятельство, – пробасил Кульнев, – а почему вы не говорите о задаче моим гусарам? Всё-таки пленного взяли они.
– Без задачи ваши гродненцы не останутся, Яков Петрович, – тут же отозвался генерал-лейтенант. – Один батальон развернёте по фронту возможной атаки противника. И, если придётся прикрыть отход казачьих отрядов – это задача вашего полка. Мало того – рядом будет в полной готовности Рижский драгунский.
– Это ещё зачем? – чуть ли не оскорбился шеф гродненских гусар.
– Чтобы «ездящая пехота» могла в случае чего организовать оборону, – не полез за словом в карман граф.
Ну и понеслось… Полковники и генералы склонились над картой, и им стало не до меня.
И слава Богу. Мне и так хватило втыка от командующего – его бы переварить.
Значит, «ослов и химиков в центр каре»? Мне вообще воевать больше не дадут? Может, ещё и драться с Жофрэ запретят?..
Поймал себя на мысли, что вконец «одевятнадцативечился»: надо же, какие понты заиграли! Учитель химии конца двадцатого века немедля требует права проткнуть шпагой оклеветавшего его лягушатника! Честь, панимашь, задета! Граф де Ла Фер хренов!
А то, что не дают пойти сложить буйну голову во главе своего отряда, – вообще чуть ли не оскорбление…
А куда сложить?
Сунулся вместе со всеми к карте: озёра и болота, болота и озёра. Реальных дорог только три. И все легко заслоняемые. Молодец Витгенштейн: заслонился в Себеже теми самыми болотами и озёрами и конкретно угрожает попыткам врага пройти мимо…
Три дороги, три направления… Зачем пять отрядов казаков?
– Здесь и здесь, – показывал командующий на плане, – пойдут изначально по две группы, потом разделятся…
Хорошо, что я умничать не начал. Граф помудрее меня оказался…
Вот не бывал я в этих местах, но и по карте было очевидно, где можно устроить засады.
– Разрешите, ваше сиятельство?
– Прошу, – слегка удивился генерал.
– Здесь, здесь и здесь, если верить карте, – стал тыкать пальцем я, – дорога проходит через дефиле между относительно высоких склонов. Очень удобно организовать впереди и сзади завалы или что-нибудь ещё в этом роде, а потом расстреливать наши войска сверху вниз. Из ружей и пушек. И метать вниз ручные гранаты, а то и скатывать пушечные.
– Из пушек? – посмотрел на меня Сиверс.
– Из пушек во фронт и с тыла, – стал выкручиваться я. – Но это необязательно – достаточно завалить деревьями дорогу по ходу и сзади. А может, и камнепад организовать – на карте не виден характер этих холмов, нужно на месте смотреть, что там имеется. Французы смогут совершенно безнаказанно уничтожать наших солдат гранатами. Метательными, даже не используя артиллерию. Я не прав?
Повисла гнетущая пауза.
– Капитан прав, – уверенным голосом озвучил ситуацию Ридигер, – идти через дефиле нельзя – зря положим людей. Нужно ждать на выходе из них.
– И батареи там расположить, – согласился Сиверс.
– А заграждения из фугасов обещаю организовать, – немедленно отозвался я…
– Пока все эти разговоры преждевременны, господа, – прервал общение Витгенштейн. – Дождёмся результатов разведки, тогда и будем решать, что делать. Прошу каждого заняться выполнением своих обязанностей.
Офицеры стали расходиться.
– Господин полковник, – обратился я к Родионову, – мне прислать своих людей или вы заберёте их по дороге к полку?
– Присылайте, чего уж лишний крюк делать. Дорогу найдут?
– Можете не сомневаться. Через полчаса будут у вас.
– Добро. Только чтобы действительно поспешили. Жду.
Прибыв к себе, немедленно отправил Егорку, Гафара и Спиридона к казакам. Дал, разумеется, соответствующие ценные указания на предмет присмотреть места возможных засад. Как французских, так и наших.
Минёров тут же напряг изготовлением «полуфабрикатов» зарядов для фугасов, и не только, егерей – изготовлением солидного запаса патронов, а Тихона – подготовкой сухого пайка в дорогу, немаловажное дело, кстати.
Прошло около пяти часов, когда появился Егорка.
– Ну, что скажешь, Егор Пантелеевич?
– Худо дело – тьма-тьмущая французов в двадцати верстах. Остальные наши ещё не вернулись, но, думаю, что то же самое расскажут.
