Я двинулся к карете, Давыдов и Сеславин, спрыгнув с сёдел, направились туда же. Когда мы сблизились, стало заметно, насколько жутко выглядят оба: и запал боя ещё не слетел ни с души, ни с лиц, да и кровью забрызганы знаменитые партизаны преизрядно.
Ну, если это не Бонапарт, то я крепостная балерина. Реально - ОН.
Лицо императора всея Евопы выражало... Да чёрт знает что оно выражало. Вероятно, в этот момент он вообще жалел, что появился на свет. А уж тем более, проклинал ту минуту, когда отдал приказ перейти Неман.
- Шпагу, ваше величество, - протянул руку Давыдов, подойдя к пока ещё императору. (По-французски, разумеется).
- Моим людям сохранят жизнь?
- Можете не сомневаться.
- Кому я отдаю свою шпагу? - поинтересовался Бонапарт.
Можно подумать, что у него был выбор. Или просто любопытство...
- Подполковник Ахтырского гусарского полка Давыдов, - Денис Васильевич не удержался, и звякнул шпорами.
Наполеон перевёл взгляд на меня, и теперь уже обратил внимание на гренадку о трёх огнях на моём кивере - минёр. Один из тех, кого он велел расстреливать при пленении сразу...
- Майор Демидов, Первый пионерный полк
Император дёрнулся и впился взглядом в моё лицо.
- Капитан Сеславин, гвардейская конная артиллерия.
Наполеон даже не повернул головы в его сторону.
- Демидов?.. Бертолле рассказывал о некоем Демидове, а позже ещё один человек сообщил, что этот учёный служит в инженерных войсках. Вы?
Ни черта себе! Я, разумеется, слышал байки о том, что этот корсиканец помнит поимённо всех своих гвардейцев, но чтобы фамилию какого-то русского химика... Польщён, конечно, но нельзя сказать, что обрадован.
- Я, ваше величество.
- Мне бы хотелось позже побеседовать с вами, - задумчиво проговорил Бонапарт.
Мне тоже остро захотелось. Прирезать его поскорее ко всем чертям.
Исторический момент передачи шпаги французского гения русскому гусару прошёл для меня совершенно незаметно. Не до того было:
Мама дорогая! Что же я натворил-то? Это ведь не добрый доктор Бородкин, это ЛИЧНОСТЬ. Расколет меня запросто, здесь тайным Орденом не отбрешешься. Пусть не до конца в произошедшем разберётся, но крайне неудобных вопросов накидает. Ладно мне - пошлю подальше и все дела, но ведь такого человека в погреб-одиночку не спрячешь, тьма-тьмущая князей-графьёв с ним пообщаться захотят, да и сам Александр не преминет встретиться...
Ёлки-палки! Да ведь даже если сойти с ума и предположить, что Наполеон будет держать язык за зубами - всё равно трындец! МЫ ВЗЯЛИ САМОГО ИМПЕРАТОРА! Эпический подвиг, яти его налево! Национальные герои, мать-перемать! Как не покопаться в их генеалогии всем, кому ни попадя? И затрещит моя легенда по всем швам. Ещё и тестя, получается, подставляю...
И находился я в настолько растрёпанных чувствах, что последние пара часов, пока гуртовали пленных и следовали к месту дислокации прошли как в тумане.
Наполеоновских гвардейцев, чтобы у них не образовалось каких-нибудь глупых иллюзий на предмет освобождения своего разлюбезного императора, без остановки направили в Ельню, а сам наш трофей поселился в 'штабной деревеньке' Давыдова. Все активные действия отряд, само собой, немедленно прекратил, и, отправив донесение главнокомандующему, замер как мышь под метлой. Только разведка, только кавалерийская завеса, только засады на прилежащих дорогах и тропах, чтобы перехватывать любого, кто шлёпает в подозрительном направлении. А подозрительно, как понимаете, любое направление.
'Система 'Ниппель' - всех кто движется в нашу сторону - сцапать и привести пред ясные очи Дениса Васильевича, а с теми, кто направляется от нас, поступать точно так же. Любые попытки сопротивления, возмущения и убегания пресекать немедля, вплоть до летальных последствий для пытающегося.
А что вы хотели - слишком велика ставка в этой войнище, где и так уже пролились сотни кубометров крови.
Но, когда через два дня Денис Васильевич приказал отходить на Дядьково, с перспективой на Брянск и Орёл, я сначала слегка ошизел. Однако не стал торопиться с возмущёнными вопросами, а просто доверился более сведущему в теме человеку. И не зря.
Во-первых, меня перестала мучить и напрягать предстоящая встреча с императором, во-вторых действительно, после пропажи Наполеона, его маршалы могут организовать такую прочёску местности, что мама не горюй...
Попервости у меня возникала мысль: 'на каком блюде подать голову вашего императора?', но потом понял, что исходя из принципов нынешней морали, сам Давыдов лучше удавится, чем прольёт кровь монарха не в бою.
Я не стал доколупываться, и со своими ребятами просто присоединился к ретираде. Без возмущений.
На самом деле, у нас такой 'трофей', что с ним можно отступать хоть в Севастополь. Без боёв и от таковых уворачиваясь. И никто не посмеет осудить...
В Брянске нас догнал приказ Кутузова: 'Бонапарта конвоировать в Киев'.
Фигасе! Тоже мне ближний свет. Но светлейшему, конечно, виднее.
Главное, кто этот приказ доставил!
- Ну, здравствуй! - я просто все силы вложил, чтобы показать Серёге, как рад его видеть.
