Гаврилыч, ты отправишь Кречетова к артиллеристам, получить полупудовые гранаты, бумагу генералу Яшвилю я через полчаса тебе передам.
А ты, Игнат, усаживай своих егерей снаряжать патроны. Чтобы запас имелся в полтора раза больший, чем обычно. Задача ясна?
- Так точно! Уж куда яснее, - почти синхронно выдохнули оба унтера.
- Вот и прекрасно. Ступай, - махнул я рукой Маслееву. - А ты, Гаврилыч задержись ещё.
Егерь поспешил удалиться, а мой ближайший помощник замер на месте, ожидая очередных 'ценных указаний'.
- Слушай, Юринок у тебя совсем расслабился: мало того, что оба крючка на воротнике расстёгнуты, так ещё и половина пуговиц на мундире. Это что, скоро меня солдаты в одном белье встречать будут? Ты уж внуши им по-отечески, что солдат российской армии должен иметь определённый внешний вид.
- Не извольте беспокоиться, ваше благородие, - лицо унтера стало наливаться багрянцем, - уж я ему, да и остальным 'внушу' так, что до конца жизни запомнят...
Хотелось усугубить: 'Егеря себе такого не позволяют', но это, вероятно, был бы перебор. Не стоило унижать боевого товарища сверх необходимости. А в том, что меры будут приняты самые решительные можно не сомневаться.
Да я и сам виноват: 'расслабуху' нужно гасить на корню, что не сделано своевременно. Понятно, что наш 'спецназовский' образ действий сильно не соответствует красивой, но неудобной форме армии Александра Павловича, но мы сейчас не 'в поле', а в расположении корпуса. А тут ещё и Финляндский подтянется...
Оно мне надо, чтобы кто-то интересовался: 'А это чьи обормоты в таком расхристанном виде шляются?'
За спиной послышался топот копыт. Обернувшись, я увидел незнакомого офицера, направлявшегося явно к нам.
- Где капитан Демидов? - выкрикнул он, подъехав к караульному.
- К вашим услугам, господин штабс-капитан.
- Вас вызывает командующий корпусом.
Ну и что тут можно ответить?
- Через две - три минуты выезжаю.
На самом деле потребовалось минут пять, чтобы снова оседлать Афину и мы смогли отправится в штаб Витгенштейна.
Адъютант не отличался общительностью, и весь путь мы проделали молча. То есть мне типа указывали дорогу, которая и так была прекрасно известна.
Ну и не больно-то надо. При желании и так найду с кем поговорить о том, о сём...
- Прибыли, господин капитан, - только это я и услышал от посыльного офицера за всё время совместной поездки.
Так и хотелось в ответ ляпнуть: 'Вот спасибо - хорошо - положите на комод!'. А то я сам не вижу, что приехали по месту назначения.
Сдал Афину подбежавшему солдату и проследовал к командующему. Генерал принял очень радушно:
- Рад видеть, уважаемый Вадим Фёдорович! Уже наслышан о лихой операции вашего отряда.
Мне оставалось только почтительно поклониться и поблагодарить.
- Тем приятнее, - продолжал граф, - поздравить вас чином майора.
Оба-на! Что-то слишком лихо шагаю по карьерной лестнице - трёх месяцем не прошло с тех пор, как я был штабс-капитаном...
Вот ты и 'высокоблагородие', господин Демидов. Теперь бахрому на эполеты пришпиндёривать нужно. А где взять?
- Благодарю, ваше сиятельство! Не ожидал.
- Меня благодарить не за что - представление сделал генерал Дохтуров, насколько мне известно.
Нда! Всё чудесатее и чудесатее - впечатление было, что Дохтуров на оглоблях меня повесить готов за ту сорвавшуюся ракету...
- Но вызваны вы не только по этому поводу, - продолжил генерал. - Вас уже поставили в известность, что планируется поиск на Полоцк. Как только присоединятся дивизии Штейнгеля, а они уже на подходе. То есть через два - три дня. Попытаемся 'подрезать хвост' Бонапарту. Если нам улыбнётся Фортуна, и удастся разбить корпуса Удино и Сен-Сира, то император окажется в крайне затруднительном положении. Не находите?
- Полностью разделяю вашу точку зрения. А если аналогично поступит и армия Тормасова, то французам гарантированны 'Канны'. От Москвы до Немана.
- Это было бы красиво, но против Александра Петровича стоят Шварценберг и Ренье. Да и связаться с Тормасовым через вражеские коммуникации малореально. Будем рассчитывать только на себя. Что скажете?
-Абсолютно с вами согласен. И жду приказа.
- Конкретный приказ получите непосредственно перед делом. А пока, прошу, - генерал сделал приглашающий жест к карте, лежавшей у него на столе, - провести рекогносцировку в районе (...).
Рассмотрите местность в плане возможной установки своих мин.
Блин! Ещё и этому объяснять?!
- Ваше сиятельство, я уже говорил Егору Карловичу, что количество мин возможных к установке крайне ограничено - не более двух десятков. И то не наверное.
Взгляд Витгенштейна обозначил лёгкое недоумение. Что-то типа: 'Ну и нафига ты тут такой красивый нужен? Самим министром рекомендованный, а поставленной задачи выполнить не способен'.
