Единственно, что радует - пищеварительный тракт у ребятишек работал, поэтому можно будет им кашу не по ложечке выдавать, а по три... На всякий случай, всё-таки лучше по две.
Спиридон тут же отправился расковыривать свой замаскированный схрон с припасами, Егорка пошёл в лес за дровами, точнее за хворостом, Тихон, естественно, нырнул в дом разбираться с печкой, посудой и всем остальным, что необходимо для ужина.
Я, пока ещё не была готова каша, дал детишкам по половинке сухаря - ну сил не было смотреть, на эти обтянутые кожей лица. И практически тут же пожалел о своей торопливости: что парень, что девчонка 'всосали' в себя чёрствый хлеб, почти не разжёвывая. Раздробили зубами до приемлемого размера и проглотили. И тут же уставились на меня, ожидая 'продолжения банкета'.
Фигушки! Теперь ждите, пока Тихон каши наварит. Может, ещё по ложке мёда разрешу до этого, но и то не ранее, чем через полчаса. Не исключено, что я излишне опасаюсь, конечно, но бережёного Бог бережёт...
А в ожидании ужина попытался пообщаться с ребятами. Мальчишку звали Фролом, а девочку Алёнкой. Они действительно голодали всей семьёй, ибо французы реквизировали всё под метёлку, даже семенные запасы. Зиму пережить даже не надеялись, но, по понятной причине, семья пыталась выживать, хотя бы пока имелась возможность.
Про белковую пищу вообще говорить нечего - 'млеко, курко, яйко' и прочих свиней, отобрали в первую очередь. Те, кто не хотел продавать нажитое за предлагаемые фантики уже не способны даже пожалеть о своей неуступчивости. Отец ребят оказался разумней. Пытался прокормить семью если и не настоящей охотой (ружья не имелось), то хотя бы подобием на неё: ставил силки на птиц, морды на рыбу в ближайшей речушке, мать с детьми ходила в лес за орехами - грибами - ягодами... Держались, в общем.
И, тем не менее, какому-то из французских генералов, судя по всему, занадобились рабочие руки для возведения какой-то оборонительной хрени под Смоленском.
Смотрю, Боня уже начинает предвосхищать события. Вроде бы на данный момент ещё не додумались использовать мирное население захваченной страны в качестве рабочей силы. Так, глядишь, скоро и концлагеря появятся.
Кстати: а зачем они и баб с детишками угнали? Зачем деревню спалили?
Дёрнулась мысль о карательной операции, но я её отмёл сразу - не могли ещё оскотинится до такой степени европейцы, не белокурые 'мальчики' Гиммлера всё-таки по нашей земле маршируют, и не хазары с печенегами. Как бы галлов партизаны не допекли, вряд ли они рискнут устраивать столь масштабные зачистки.
Пока мои сомнения метались между различными костями черепа, Тихон уже приготовил ужин - гороховую кашу со шкварками. Не деликатес, конечно, но вполне себе ничего получилось. За детишек только было слегка боязно: хоть я и приказал им положить пока минимальные порции, но горох всё-таки...
К тому же стал для них врагом чуть ли не хуже французов - изголодавшиеся организмы пацанят интенсивно требовали нормальной пищи, а тут некий офицер встаёт между ними и котлом. Причём, как несложно сообразить, лекции по основам физиологии пищеварения я провести даже и не пытался. Пообещал только, что до ночи они ещё получат два раза по столько.
Детей уложили спать на печку, где они, впрочем, и устроились до нашего появления. Ещё в хижине остались ночевать её хозяин, я и Тихон. Самойлов, Егорка и Кречетов с Маслеевым предпочли остаться со своими людьми в палатках. Больных пока, слава Богу, не было, так что в доме остались мы впятером. И нельзя сказать, что ощущались комфорт и простор - достаточно тесненько получилось.
Ночь всё же прошла достаточно приятно, во всяком случае для меня - отрубился в тепле и сухости почти мгновенно, хоть спал и на лавке.
А вот пробуждение, хоть и порадовало светом, но только первые секунды. С чего бы это столько света? С того - ночью выпал первый снег.
В нашей средней полосе, конечно, по разному бывает с этим самым первым снегом. То до самого Рождества его не дождёшься, и в декабре лисички в лесу растут и почки на ветках набухают, то в середине октября навалит весьма приличные сугробы и небольшие водоёмы льдом покроются...
Вообще-то картина глаз радовала - значительно приятнее смотреть на белые поля и поляны, чем на них же, но серо-бурого цвета. Однако вся местность вокруг превратилась в контрольно-следовую полосу. Теперь, пока снег не ляжет всерьёз, и не будет идти регулярно, найти нашу 'избушку лесника' после первой же акции на каком-либо тракте для противника найти не составит...
Спиридона же белое покрывало на земле несказанно обрадовало:
- Уж сегодня без хорошего обеда спать не ляжем. Дозвольте отлучиться?
- Валяй! Только сначала Егору Пантелеевичу тропинку до второго тракта покажи.
Весь день просидели в этом долбанном 'зимовье' ожидая возвращения нашего добытчика. Подкармливали деток и маялись со скуки.
Егорка вернулся с весьма обнадёживающей информацией - задержался у дороги на полчасика и успел за это время пронаблюдать следование двух небольших отрядов, каждый из которых, по его словам, даже нашей старой команде - 'на один зуб'...
