– Твой дар – благословение для наших земель. Акна ниспослала тебе огонь в руки, чтобы ты помогала своему народу в темные времена.
– И я помогу! Прямо сейчас, – хищно улыбнулась волшебница и запустила пламенный сгусток в древнюю книгу.
В ладонях шамана остался лишь пепел, осыпавшийся на пол.
– Это так по-детски, Амийару, тебе будет стыдно за свое поведение!
– Перед кем? Перед этими двумя? – она кивнула на Мёрке и Форсворда. – Ты связался с самыми главными отбросами академии. Это и на меня бросит тень. Она, – Амийару ткнула пальцем в Натт, – игно тие акх. Оно тебе надо?
– Уходи, денег ты не получишь. Мне жаль, что ты уподобилась жителям материка и стала судить о людях поверхностно. Так же, как они обо всем нашем народе.
Блондинка хмыкнула и развернулась к двери.
– Эй, темная, сходи на праздник к целителям. Тебя ждет сюрприз, – она неприятно улыбнулась и покинула комнату.
Нииск выдохнул. Провел ладонью над пеплом, и в его руках вновь появился фолиант, ничем не отличимый от прежнего.
– Хорошо быть некромантом, правда? – нервно пробормотал инну своим ошарашенным сокурсникам.
– А что такое игно тие… как там? – нахмурился Форсворд, с завистью поглядывая на восстановленную из пепла книгу.
Натт впилась в шамана умоляющим взглядом, и он, пожав плечами, ответил:
– Неудачница.
Нииск был недалек от истины. Знаний некромантки вполне хватало, чтобы перевести нехитрую игру слов племени инну. Игно тие акх. Отмеченная демонами. Ангьяк, келпи, странный седой двойник Синда из снов. Демонов в ее жизни действительно хоть отбавляй.
– И куда это ты собралась, игно тие акх? – поддразнил Синд подругу, пытающуюся незаметно выскользнуть из апартаментов.
– К себе, скоро вернусь, – Натт старалась не смотреть ему в глаза.
Юноша покачал головой и, тяжело вздохнув, спросил:
– К целителям?
– Мне нужно узнать, что с Квелдом, – пробормотала девочка.
– А сразу сказать нельзя было? Зачем врешь и секретничаешь? Вместе пойдем, – Форсворд обернулся к гостю: – Эй, инну, проследишь за всем тут? Надеюсь, не станешь больше пускать огнеопасных родственниц?
Нииск закрыл книгу, закрепил ее на поясе и равнодушно ответил:
– Я с вами.
– Отлично, – просветлел Синд. – Видишь, Натт, какой у тебя шикарный эскорт, никакой Хассел не привяжется.
Девочка обрадовалась и одновременно смутилась такой свиты. Она до сих пор не привыкла к компании некроманта, и внезапное появление в их тандеме еще одного темного стало для нее неожиданностью.
Троица спустилась в комнату отдыха, где веселье и гомон тут же прекратились с их появлением. Сокурсники и старшие студенты отводили взгляды и делали вид, что не замечают неугодных учеников.
– Теплая атмосфера, – хмыкнул Нииск, едва они покинули общежитие. – Во время полярной ночи на Греналде и то не так морозно.
– Привыкай, Макйак, теперь только так. Еще и сестрица твоя масла в огонь подлила своей истерикой, – рассмеялся Синд удачной шутке.
– Непонятно еще, кто кого позорит, – кивнул инну. – Отринуть традиции, стать как простые жители материка, без обид, Мёрке, Форсворд.
– Чего уж там! – хором ответили некроманты.
И все-таки Натт нравилась новая компания. Все трое были до ужаса разными: выходец из семьи титулованных магов запада, шаман с крайнего севера, и она, одержимая демонами девчонка, с завидной частотой влипающая в смертельно опасные передряги. Они родились некромантами, что уже обрекло каждого на одиночество, но умудрились в одночасье стать чужими даже среди своих. Зато втроем уже не так страшно.
Целителям выделили целый корпус. Студенты этого факультета стали единственными обладателями собственного внутреннего дворика с расположенными на нем теплицами с персональными грядками. Допуск в святая святых травничества, помимо лекарей, получили только ядологи.
Также студентам-старшекурсникам позволили приспособить балконы для своих нужд. Из-за этого в теплое время года башня и фасад южного крыла пестрили разноцветными растениями, используемыми в лечебных зельях.
В коридоре корпуса царило столпотворение. Новички, старшекурсники и аспиранты обнимались, хохотали и обменивались яркими пузырьками с бормотухой собственного производства. В воздухе витал терпкий запах чего-то явно запрещенного.
– Куда это ваша темная шайка крадется средь бела дня? – Кренес Льонт шутливо преградил дорогу некромантам и громко икнул.
– Вы тут что, спаиваете младшекурсников? – недовольно спросил Нииск.
Аспирант расплылся в милой улыбке и прижал палец к губам.
– Посвящение же!
– Но!..
– Любой целитель должен уметь снивель… нивелиророво… – Кренес грязно ругнулся с сильным восточным акцентом и нашел слово попроще: – перебороть действие токсина. Вот!
– Спаиваете, значит.
– Угу, – невинно кивнул целитель, показал указательным и большим пальцами количество предложенного студентам алкоголя: – Совсем на донышке…
– А если кто-то не снивелирует? – едко поинтересовался Синд, снисходительно разглядывая подвыпивших студентов.
– Тут где-то дежурит Гостклиф Анд. Он со своими аспирантами заранее заготовил отрезвляющие растворы, – охотно ответил Кренес.
– Он с вами заодно? – удивилась девочка.
