А это чья головка? О-о, Иоанн VIII! Этот вообще драгоценная реликвия, настоящая жемчужина коллекции! Этот даже однажды влюбился в женатого мужчину и попытался его похитить. За что и получил молотком по голове. Да, без него в Аду было бы куда скучнее!
Сатана прошёлся по галерее. Убийцы, мошенники и сексуальные маньяки всех рангов и мастей смотрели с фотографий и портретов на хозяина Ада. Биографии каждого из них Сатана знал наизусть, как знают собственные партитуры музыканты, как запоминают свои стихи поэты. В конце концов, и сам Сатана был великим художником Греха!
И в это время вошёл Вельзевул.
— Задержанный сбежал, — доложил он расстроенно. — Тайком пронёс в камеру ампулу со святой водой, подорвал стену и бежал.
— Значит, он был оттуда, — сказал Сатана.
— Достоверно не установлено, Владыка, — сказал Вельзевул. — На пытке молчал.
— Плохо пытали, — проворчал темнейший князь. Вельзевул только развёл лапами на этот справедливый упрёк.
— Почему не задержали? Где были Загребалы? Что делали Погонялы? Где все твои черти, наконец?
— Они ушли через Тартар, — неохотно признался Вельзевул.
— Через Тартар? — Сатана посветлел. — Ну, от греческих богов они так просто не уйдут. Но ты сказал — они?
— С ним в камере Длиннорыл был, — признался Вельзевул. — Наш мастер на все руки. Их вместе взяли. Сатана вскинулся.
— Длиннорыл? — Череп Сикста полетел в подручного. — Догнать! В котле со святой водой сварю, если ты их упустишь!
Вельзевул ничего не понимал. С ужасом он смотрел на гневающегося повелителя, понимая, что случилось нечто страшное и непоправимое. И в первую очередь случившееся грозило крупными неприятностями ему, Вельзевулу.
— Догнать! — Сатана ударил лапами о стол. — Все силы бросить на поимку!
Он снова ткнул обеими лапами в стол.
— Здесь! Здесь они должны находиться! Живыми или мёртвыми! Слышишь?
Нина Семёновна Двигун загнала машину в гараж и заперла двери. Бледно-розовый от цветущих абрикосов сад благоухал.
Нина Семёновна поднялась по ступенькам дачного крыльца, отперла дверь и вошла в коридор. После смерти мужа она была на даче во второй раз. Сегодня у неё были причины, чтобы приехать сюда без детей.
Бросив сумочку в кресло у входа, Нина Семёновна прошла в спальню. Здесь ничего не изменилось. На тумбочке рядом с постелью лежала зажигалка «Ронсон» и начатая пачка «Винстона». Нина Семёновна присела на постель и закурила, задумчиво оглядывая комнату.
Покойный муж был хозяйственным мужиком и немало оставил вдове — дачу, машину, квартиру на Кузнецком мосту, сберкнижку с кругленькой суммой и приличную сумму в долларах. Достойный муж, он и ушёл из жизни достойно.
Однако на даче Нина Семёновна находилась не для того, чтобы предаваться печальным воспоминаниям об усопшем супруге. Она ждала любовника. А что вы ещё хотите от моложавой дамы, которую наконец осчастливил своим уходом пожилой и ревнивый муж?
Время от времени Нина Семёновна нетерпеливо поглядывала на часы. Её стародавний приятель Дмитрий Туломин, актёр одного из московских театров, должен был подъехать с минуты на минуту. Нина Семёновна притушила сигарету и лениво сбросила халат, с томным удовольствием разглядывая себя в зеркало.
В кабинете мужа послышался шум. Нина Семёновна насторожилась и торопливо надела халат. Грабители? Это было исключено, дачный посёлок надёжно охранялся милицией. Кто же мог быть, кроме неё, на даче? Неужели Митенька приехал раньше?
Сняв туфли, Нина Семёновна подкралась к двери кабинета. Таинственная улыбка блуждала на её полных чувственных губах. Она осторожно приоткрыла дверь и…
Дачную тишину прорезал дикий женский крик. Нина Семёновна бросилась прочь от кабинета. Она бежала, по-женски косолапо разбрасывая ноги и опустив голову. Со всего размаху она уткнулась во что-то тёплое и лохматое и снова дико завизжала, отбиваясь от схватившего её за плечи человека.
— Нина, что с тобой? — Человек прижал женщину к себе. — Успокойся, милая, успокойся! Что случилось?
Нина Семёновна, всхлипывая и причитая, подняла на любовника (а это был именно он) полные ужаса глаза и выдохнула:
— Митя, Митенька… — Она теснее прижалась к любовнику. — Митя…
— Да что с тобой?
Женщина снова всхлипнула и неожиданно деловито сказала:
— Митя, в кабинете у Сергея черт!
Полковник Санютин вошёл в свой кабинет не в лучшем расположении духа. И было от чего — все дела покойного полковника Двигуна Достались именно Санютину, и без того не испытывавшему к покойному коллеге добрых чувств.
Войдя в кабинет, Санютин замер. На рабочем месте Двигуна… Нет, ему не показалось. На рабочем месте покойного сидел деловитый черт. Сейф полковника был открыт, и черт быстро, но без особого интереса листал пухлое оперативное дело, не обращая на вошедшего никакого внимания.
Любой фельдшер, мельком взглянувший сейчас на полковника Санютина, поставил бы диагноз безошибочно и точно — столбняк!
— Что это значит? — пришёл в себя полковник.
— А ты кто такой? — поднял рогатую голову от секретнейших бумаг неожиданный посетитель.
