На следующей неделе Северус перетаскал более-менее часто употребляемые растения и занял все укромные места (их было так мало!). Зато через две недели все пять первых растений прижились, и от четырех из них отделилось что-то вроде «усов».
* * *
Эйлин застала сына за очередной книгой. Каково же было ее удивление, когда она увидела, что это ее справочник по гербологии!
— Мама, мне кажется, я видел у нас вот это, — сын ткнул пальчиком в рисунок.
— Моли? Ты уверен?
Ребенок за ручку отвел мать аккурат к нужному кустику. Главное, чтобы она вокруг пока особо не смотрела. Эйлин всплеснула руками:
— Это же чудо! Теперь нам твои выбросы будут не страшны… ну, не так страшны, — она аккуратно собрала пять отцветших коробочек и почти бегом отправилась в подвал. Конечно, сын пошел следом.
Магорестриктивное зелье было готово через два дня.
— Две капли перед сном — и никаких жутких выбросов! — обрадовала Эйлин сына.
— Мама, а ты умеешь делать амулеты?
Эйлин задумалась:
— А ведь придется возвращаться… Уже через шесть лет ты поедешь учиться в Хогвартс… Вот если бы у меня было хоть что-то по артефакторике, я бы, конечно, попробовала. Но мне только зелья всегда хорошо удавались, увы.
Почему-то она смутилась перед сыном за то, что в свое время не имела особого интереса к учебе… Да уж, теперь это оказалось не особо приятно.
— А в библиотеке Принцев?
Эйлин поджала губы. Ей было страшно и в то же время очень хотелось хоть на несколько минут оказаться в родном доме. Она посмотрела на сына. Он такой умный, такой талантливый… Отец поймет, что он достоин войти в род, решила Эйлин, и она все для этого сделает.
— Мы пойдем туда в выходные.
* * *
Никто не ждал беды в спокойный пятничный вечер. Эйлин с детьми мирно пили чай на кухне, Тобиаса дома не было, к чему семья уже привыкла.
Отец приходил ненадолго в выходные, а все вещи его уже перекочевали к соседке. Та поначалу дичилась Эйлин, но понемногу успокоилась, удивляясь невозмутимости и дружелюбию той, у кого она увела мужа. А Эйлин, вкусив свободы и, прежде всего, возможности колдовать, буквально расцвела. Приятельницам такой вид женщины, брошенной мужем, казался, как минимум, странным. Пришлось объясняться… В результате чего Эйлин неожиданно получила модный ярлык «эмансипе».
— Но ведь правда, это так удобно, быть хозяйкой в доме и ни на кого не оглядываться, — убеждала она подруг.
— Да, если можешь сама на все зарабатывать, да еще дома, — уточняли те, и Эйлин замолкала.
Она прекрасно понимала, что ей попросту повезло. Сначала — родиться аристократкой, а значит, получить образование. Потом — с сыном. С курсами и дипломом. Да и с мужем… было ведь и хорошее.
Но о доходах надо еще позаботиться: дети растут, уже двое, и вполне возможно, появится ребенок и у Кэти с Тобиасом. Эйлин размешивала сахар в чае и представляла себе полки домашней библиотеки, в которой, увы, она не была частой гостьей…
Северус в это время смотрел на сестру и чувствовал странное напряжение. Руки девочки подрагивали, а сама она, обычно разговорчивая, несмотря на то, что ее пока мало кто понимал, вдруг притихла и сжалась. Брат смотрел, как медленно краснеет ее лицо, и вдруг понял: сейчас будет выброс! Он схватил маленькую ручку и только успел произнести мысленно недавно прочитанную формулу, как земля ушла из-под ног…
Он с трудом разомкнул ручонки, намертво вцепившиеся в его шею.
— Эбби, все хорошо! Просто ты теперь тоже волшебница.
— Север, тут так красиво! Мы где? Как мы тут оказались? Это всегда бывает так больно?
Они стояли в его саду… Эбби казалась немного старше, по крайней мере, говорила она гораздо лучше. А то, что она давно все отлично понимает, он знал.
Северус успокаивал сестру, отвечал на вопросы, покачиваясь с ней на новых, только что сделанных качелях… И только потом до него дошло, что в этот раз он остался — мальчишкой! Но надо было возвращаться: неизвестно, как они с сестрой себя ведут сейчас дома.
* * *
Эйлин была в панике. Сын вдруг вскочил, схватил сестру, сидящую на специальном высоком стульчике, воздух зазвенел, как перед магическим выбросом, но вдруг напряжение исчезло. А дети упали на пол! Она бросилась к ним, смахнув чашку, но быстро поняла, что они просто… спят.
Сначала осторожно, а потом все интенсивнее она пыталась разбудить детей, но ничего не получалось. Наконец она убрала осколки, прибрала стол и пошла за одеялом, чтобы на нем дотащить детей хотя бы до дивана в гостиной. По одному она бы их и на руках отнесла, и «мобиликорпусом», но они так крепко держались друг за друга, несмотря на сон, а для надежного заклятия ее руки все еще слишком дрожали…
Когда она вернулась, дети, как ни в чем не бывало, сидели за столом. "Уж не приснилось ли мне все это?" — подумала Эйлин.
— Что это было? — спросила она сына.
Северус задумался, говорить ли матери о Чертогах, но решил подождать.
— У Эбби был магический выброс. Я попробовал отвести его и замаскировать, вроде получилось, но вот сил больше никаких, — зевнул он для убедительности.
— Ты же так рисковал! — обняла его испуганная мать.
