Ответ породил другие вопросы. Может ли он работать, видя не человека, а изображение? А с незнакомцем? Что еще может его новый уникальный дар, кроме того, что внушенные им мысли люди так легко принимают за свои? Будет ли это действовать, если внушаемый будет сильнее его как маг? Равный? Пока он работал только с маглами и матерью, которая, как он знал, была довольно посредственной волшебницей.
Может ли он пройти за магические блоки на памяти матери и отца, которые давно почувствовал, но снимать не собирался, справедливо полагая, что там-то и находится ответ на один интересующий его вопрос, и он ему вряд ли понравится. А уж если воспоминание из-за воздействия всплывет в сознании родителей, последствия могут быть непредсказуемыми и весьма печальными.
Эти же соображения удерживали его от того, чтобы внушить матери желание пообщаться с семьей Принц: мало ли, кто и по какой причине устроил им такую жизнь. Еще раз перелистав блокнот, куда он записывал свои вопросы, а рядом — возможные пути их решения, Северус поймал новую мысль.
Его лань могла передавать немного информации другим, буквально пару фраз, но можно ли было сделать обратное? Он погрузился в воспоминания, с удивлением отметив, как потускнели картины его прошлой жизни, а самыми яркими оказались… его собственная смерть и — свобода. Тот момент, когда он понял, что никому ничего не должен. Что у него новая жизнь, со всем опытом старой, но без зависимости от нее. И он волен распорядиться новой так, как решит сам.
Свобода… Ради этого стоило умереть.
Северус взмахнул палочкой, произнося:
— Экспекто патронум!
Но вместо привычной лани появился…
— Фестрал, — выдохнул Северус, в полнейшем изумлении опустив руки.
Патронусы в виде магических животных были только у самых сильных волшебников мира, и их можно было по пальцам пересчитать, причем с древнейшей истории, включая саги и сказки.
Крылатый хищный конь со шкурой в переливах от темного до светлого пепельного цвета и с сияющими расплавленным серебром глазами бесшумно перетек ближе к хозяину.
— Здравствуй, — раздалось у него в голове.
— Ты можешь общаться ментально, — мысленно произнес потрясенный Северус.
— Я самостоятельное существо, только нахожусь в другом измерении, поэтому без вызова не приду. Но твое заклинание не обязательно. Просто дай мне имя, хозяин.
— Ash. Пепел. Я буду звать тебя Аш (1), — глядя на это чудо, Северус не раздумывал ни секунды.
— Благодарю, хозяин, — фестрал тряхнул серебряно-черной гривой, выражая свое удовлетворение именем.
— Ты удивительный. Невероятно…
— Я настоящий. И я точно такой, как ты, хозяин, — гордо поднял благородную голову Аш.
Северус невольно почувствовал себя польщенным (2)… Его пальцы переплелись с гривой, но он ощутил не леденящий холод, который всегда окутывал фестралов, а легкое тепло. Это было странно, но пора отпускать Патронуса, тем более, что он все выяснил.
— Учти, хозяин, я друг тебе, пока ты сам себе друг. А пока прощай, тебя ждут, — произнес Аш, перевел взгляд на стену позади Северуса и исчез, медленно растворившись в воздухе.
* * *
Северус обернулся и заметил, что над камином вместо зимнего пейзажа висит совершенно другая картина — портрет. Женщина с точно такими же черными, как у него, волосами и очень странной прической, опустив глаза, аккуратно выливала в неизвестное красивое озеро… целый мир? Из ведра? Что курил тот художник? Но водопад быстро уменьшился, емкость, которую держала женщина, через пару секунд опустела. Она подняла глаза цвета ночного неба и улыбнулась.
По Хогвартсу привычный к живым портретам Северус вежливо поздоровался и представился, в ответ услышав мелодичный смех.
— Я пришла ответить на твои вопросы. Зови меня Джея. И мне пока нравится, как ты пользуешься моим подарком.
Она огляделась и продолжила:
— У тебя получились отличные Чертоги Разума. Не забывай, что за ними надо присматривать, но учти, что здесь нельзя проводить слишком много времени. Не более половины суток сейчас и не более трех часов после того, как тебе исполнится пять лет.
— Кто вы, леди?
— Поверь, это не важно. И я не леди.
— Но…
— Зови меня по имени.
Северус поклонился. Он отлично понял, что нет никакого смысла перечить высшей сущности, которая, на его счастье, настолько к нему благосклонна. Джея вновь улыбнулась и продолжила:
— Я расширила саму основу твоих ментальных способностей, которые ты так хорошо развил в прошлой жизни. Ты использовал всего две стороны дара, это не удивительно для мира, где настоящая менталистика под запретом, и любые базовые вещи уничтожены или хранятся в глубокой тайне теми, кто уже давно не в состоянии понять, что хранит.
— То есть, в моем мире когда-то была развита ментальная магия? Как это возможно?
