Женщина пожевала губами, поправила очки, закивала каким-то своим мыслям.
— Азиз, значит. А я бал Гринья, секретарь директора Сафф-Сурадж вот уже как сорок лет.
Я улыбнулся и легким поклоном приветствовал её. Но старушка продолжала глядеть на меня внимательно и настороженно.
— Директор у себя? — спросил Зунар.
— Да конечно, он ждет вас, проходите. Только ребята твои пусть за дверью ждут. Здесь могут посидеть. А я им чаек заварю, хотите, а?
Мы вошли в кабинет с Зунаром. Директор Махукар оказался плечистым статным мужчиной, со стильной заостренной бородой и до белизны седой косой закрученной на затылке. У него крупные черты лица: длинный нос и большие, пронзительно-голубые мудрые глаза. Его синий костюм сидел на нем идеально, в ухе золотое кольцо, он выглядел старше Зунара, но не много, возможно седина создавала такое впечатление. Директор, обнажив крупные белые зубы, широко улыбнулся и встал с кресла, пожимая руку сначала Зунару, затем мне.
— Рад встрече Зунар, Азиз, — грудным глубоким баритоном сказал он. — Присаживайтесь, — он кивнул на стулья напротив.
Как только мы сели, Зунар сразу же начал говорить:
— Думаю, вы уже догадались, Витор, по какому мы вопросу.
Махукар, чье имя Витор, кивнул и изучающе окинул меня с головы до ног.
— Когда вы позвонили договориться о встрече, — сказал директор, — я, честно говоря, подумал, что речь пойдет о вашей дочери Латифе.
Зунар одарил его лучезарной улыбкой:
— Латифа и так сдаст вступительный экзамен без проблем, и в том, что она поступит, я не сомневаюсь. Но вот Азиз, особый случай, и мне бы хотелось убедиться, что его примут в академию без препятствий.
Махукар, склонив голову набок, с любопытством уставился на Зунара и в уголках губ промелькнула хитрая улыбка, а затем он резко повернулся ко мне:
— Азиз ты хочешь поступить в Сафф-Сурадж?
— Конечно, — начал Зунар, но директор вежливо его перебил:
— Пусть он сам скажет.
— Да. Хочу, — ответил я. И это было правдой. Я действительно хотел поступить в академию. Я понимал, что мне это необходимо, для того, чтоб закрепиться в обществе и получить необходимые знания. К тому же это отличный шанс отделаться от Зунара и обрести свободу.
Витор Махукар удовлетворенно кивнул, сцепив пальцы в замок и деловито положив их на стол.
— Какой у тебя уровень, Азиз? — спросил он.
Я видел, как Зунар горит от желания ответить вместо меня, но все же молчит. Видимо боится, что я скажу что-нибудь не так, или его снова это его желание все контролировать.
— Первый уровень ракта, — спокойно ответил я.
Махукар нахмурился, с укором взглянул на Зунара:
— Азиз не инициирован?
— Инициирован, — поспешил с ответом Зунар. — Но дело в том, что пока у него открыты только две чакры и он не умеет управлять потоками.
Махукар задумался, закачал головой. Кажется, мои данные ему не очень нравились. Зунар заерзал на стуле.
— Азиз сейчас усиленно занимается с урджа-мастером из Нинья-двар, — добавил Зунар. — К началу учебного года он будет готов. К тому же Видящий источника Хал увидел в нем потенциал и открывшуюся способность.
— Что за способность? — оживился директор.
— Мы не обязаны вам сообщать эту информацию до тех пор, пока Азиз не зачислен, — неожиданно резко ответил Зунар.
— Конечно-конечно, — торопливо сказал Махукар, — не обязаны. Я вот что думаю. — Махукар окинул нас многозначительным взглядом и широко улыбнулся. — Думаю, что лучше будет, прежде всего, для самого Азиза, подождать год, позаниматься, открыть все чакры, а затем уже поступать.
Зунар ошалело вытаращился на директора:
— Ему уже шестнадцать! — взорвался он.
— И что? — нахмурился директор.
— А то, что через год ему будет семнадцать. Как он будет учиться на одном курсе с детьми, Витор? Меня, например в семнадцать помолвили с Мэй Ракш, а в восемнадцать женили. Через неделю, после того как я выпустился из Сафф-Сурадж, у меня родился сын. И не только в этом дело! Азиз наследник древнего, некогда весьма влиятельного, рода. Я не хочу…. Нет, я даже мысли такой допустить не могу, что последний из Игал станет посмешищем на всю Империю. Здоровый парень, которого пришло время женить, будет сидеть с детьми за одной партой!
Я с неподдельным ужасом уставился на Зунара. Что значит женить? Азизу всего-то шестнадцать, да и я в свои почти девятнадцать слишком молод для того, чтоб обзаводится семьей. Нет, я, конечно, сочувствую Зунару, которого женили в восемнадцать. Но я-то тут при чем?! Ну уж нет, этого я ему точно не позволю.
— Но он уже едва ли выглядит на четырнадцать, — заметил директор. — И даже если он поступит в этом году, я не могу гарантировать, что ему удастся избежать насмешек. Подростки жестокие, Зунар. Если они чувствуют малейшую слабость, малейшее отклонение, они, будь уверен, используют ее. Азизу придется приложить немало усилий, чтоб влиться в коллектив и стать здесь своим. К тому же я наслышан, что у него проблемы с речью.
— Он разговаривает, и с каждым днем все лучше. Это не проблема, — заявил Зунар.
— А как с остальными науками? История, точные науки?
Зунар отрицательно замотал головой.
— Но хотя бы элементарное? Он умеет писать и читать?
