F-35 почти вертикально взмыли в небо. Каждый взял на прицел один из пляшущих в воздухе МиГов и начал маневрировать, держа китайские истребители в радиусе обстрела. Кто-то из китайских пилотов развернул самолет к уходящим ввысь истребителям, и ведущий F-35 с ревом пронесся меньше чем в двухстах футах перед носом Су-27. Китайский летчик инстинктивно нажал на гашетку пулемета, прежде чем сообразил, что делает. Очередь прошла мимо, но в воздухе возникли отчетливые следы трассирующих пуль.
– По нам стреляют! – крикнул кто-то по связи.
– Применить оружие! – приказал Нейгин.
Обстрелянный F-35 отошел влево и заложил вираж. Из его открытого люка вылетела ракета класса «воздух – воздух». Двигатель ее проработал меньше двух секунд, прежде чем боеголовка ударила в фюзеляж МиГа, разорвав самолет пополам. Ракетный люк истребителя-невидимки захлопнулся, восстановив профиль невидимости самолета. Ведомый сбитого Су-27 начал маневрировать для ответного выстрела, когда F-35 внезапно исчез с экрана его радара. Пилот громко выругался в микрофон по-китайски.
Сражение за Тайваньский пролив началось. Китайцы выстрелили первыми. Американцы первыми пустили кровь.
Центр тактического командования не отличался особой красотой. Вдоль потолка тянулись обнаженные кабели и трубы, из стен почти в беспорядке торчали разнообразные электронные устройства. Кира не могла обнаружить в их расположении никакой логики, но не сомневалась, что для кого-то она существует. К тому же там было холодно.
«Система кондиционирования воздуха на атомной энергии», – поняла она.
– Включить сеть! – скомандовал Поллард боевому информационному центру.
Все корабли во флотилии «Линкольна» почти одновременно привели в действие свои радары, заполонив воздух электромагнитным излучением. К ним добавились лучи радаров «хокаев» и вращающихся платформ АВАКС, которые обшаривали зону боевых действий.
Первые лучи достигли МиГов, ударяясь о каждую поверхность в прямой видимости от передатчика радара. Плоские поверхности Су-27 отразили огромное количество энергии. Лучи радаров мчались со скоростью света, и каждый приемник на воде и в воздухе получил ответный сигнал в течение нескольких микросекунд. Бортовые компьютеры МиГов взвыли, обнаружив излучение радаров, и у их пилотов возникла новая проблема.
Те же самые лучи радаров достигли и каждого F-35. Фюзеляжи самолетов-невидимок поглотили бо́льшую часть энергии, а неметаллические сплавы под обшивкой пропустили другую ее часть насквозь. То немногое, что еще оставалось, отразилось от искривленных поверхностей и ушло в самых разных направлениях. Все корабли и самолеты, прочесывающие воздушное пространство, приняли лишь ничтожную долю энергии радаров, отразившейся от истребителей-невидимок.
– Самая безумная схватка из всех, что доводилось видеть китайцам, – пробормотал Поллард. – Воздушный бой, в котором видна лишь половина самолетов.
На «Линкольне» могли понять, где находятся самолеты, лишь запрашивая данные их транспондеров. Сигнал радара с «Линкольна» отражался от F-35 точно так же, как и сигнал радара китайцев. Один из техников по требованию Полларда отфильтровал данные транспондеров, чтобы адмирал мог понять, что видят китайцы, и картинка оказалась весьма странной. Приемники авианосца время от времени улавливали слабые сигналы от радаров, установленных на борту «хокаев», самолетов АВАКС, других кораблей флотилии и даже самих F-35, но они постоянно прерывались, вспыхивая на экранах подобно светлячкам в темном поле. F-18 с «Вашингтона» летели в воздушном пространстве Тайваня, держась рядом с кораблем, но Кира понимала, что они берегут топливо до начала боя, и предположила, что F-35 со второго авианосца находятся рядом с возвращающимися «хорнетами». Их радиодисциплина приводила ее в восхищение. Летчики, похоже, выпрыгивали из комбинезонов, лишь бы вступить в бой.
– Почему они то появляются, то исчезают? – спросил один из помощников Полларда, мичман, имени которого Кира так и не удосужилась узнать.
Значки, отмечавшие местоположение МиГов, перемещались по дуге, периодически пропадая с экрана. С китайского побережья поднимались все новые, направляясь на восток.
– Невидимость работает лучше всего в случае однопозиционного радара, когда передатчики и приемники находятся поблизости друг от друга. Но если цель отражает бо́льшую часть радарной волны в другом направлении, приемники ничего не получают, – объяснил Поллард. – Чтобы этому помешать, мы расположили вокруг боевого пространства «хокаи» и самолеты АВАКС, улавливающие отраженные волны. Это многопозиционная радарная сеть. Эф-тридцать пять отражают волны в разных направлениях, но в конце концов какой-то из имеющихся приемников перехватит радарный луч, пусть даже он находится и не там, откуда этот луч исходил. Поэтому ни один из приемников в сети не получает постоянного отражения истребителя-невидимки. Нам нужно больше приемников в воздухе. Мы пытались настроить некоторые радары на более низкие частоты. Технология невидимости не слишком хорошо рассеивает радарные волны в нижних диапазонах, но сеть становится более открытой для помех – облаков и тому подобного. Мы не можем определить точное местоположение цели, но можем получить примерное представление, где ее искать. Это лучше, чем ждать, когда этот китайский самолет сам даст о себе знать, – если, конечно, он у них вообще есть.
