Я вошла в комнату. Открыла шкаф и зашвырнула в дальний угол эти, чертовы туфли, от которых уже болели ступни. Из сумочки выудила телефон. И глянула на монитор. Никаких оповещений. Закралась мысль, а если я его обидела? Если он сейчас подумает и решит, что хватит? Если я не оправдала его надежд? Не понравилась? Я вспомнила свои портреты, нарисованные его рукой. Если бы я ему не нравилась, то вряд ли он изрисовал столько листов.
Как всегда, предчувствуя мои мысли, телефон оповестил о смс. Я в предвкушении открыла сообщение:
« Спасибо за прекрасный вечер! Повторим?»
Вот так вот просто! Повторим? А сердце уже начало свой бег. Руки задрожали. И улыбалась я, наверное, по-глупому. Я на дрожащих ногах дошла до кровати, и рухнула. Надо что-то ответить. Что значит что-то? Правду. Так и написала: « С удовольствием!»
Немного выровняв дыхание, я стянула платье, сняла белье, и направилась в душ. Перед душевой кабиной остановилась. Я чувствовала на себе его запах. Он возбуждал, окутывал, затуманивал разум. И мне жутко не хотелось смывать его с себя. Немного постояв, я все же уговорила себя принять душ.
Выйдя из ванны, я подлетела к телефону. Ничего! Тяжело вздохнула. Скинула полотенце, и нырнула под одеяло. Я даже не заметила, как отключилась. Но точно уверена, что уснула с улыбкой на лице.
Я стоял в своей комнате, разглядывал забавную морду на всю стену, и улыбался.
«Наша девочка!» – Так она сказала.
Я взял цветные маркеры. Надо дорисовать бант. И еще кое-что подправить. Все это заняло не больше десяти минут.
Сел на кровать, разглядывая результат совместной работы, и вспоминая сегодняшние события.
Да уж, день выдался напряженным. Когда она проснулась, встала с постели, я порывался прийти и познакомиться лично, но не хотел смущать девушку. Поэтому дал ей время привести себя в порядок. Переодеться. И вот тут-то я и прогадал, дав ей белую футболку. Вчера вечером я просто схватил первую попавшуюся вещь. Я действительно не подумал, чем для меня может обернуться хождения Луизы по дому в белой футболке. У нее было красное, черт возьми, белье! И я прекрасно это видел. И очень пожалел, что не находился в этот момент рядом. Хотя может это и к лучшему. А то напугал бы девчонку. Безумное желание овладеть, ничего не объясняя. Разорвать, к чертям, этот белый разврат, сорвать белье, и ворваться в ее тело!
Я так и остался сидеть со стояком, и наблюдать за ней по мониторам, за тем, как она блуждает по моей комнате. И умудряться отвечать ей в тему.
Первое напряжение возникло, когда она полезла по документам. Хорошо, что для нее это скучно. И она не стала разглядывать подробнее.
Второе напряжение возникло, когда она нашла папку с рисунками собственного изображения. У меня, вообще, вылетело из головы, что портреты лежат в легкодоступном месте. А ведь там рисунки, сделанные до знакомства. Опять же, хорошо, что она не заострила на этом внимание.
Потом эта чертова фотография!
« Красивый!». – Вот такая реакция у нее на мою пятнадцатилетнюю смазливую физиономию. Я обернулся. Рамка стояла на столе, там, где она ее и поставила. Поморщился, глядя на себя. Возникло огромное желание зашвырнуть это фото обратно в шкаф, но предчувствие, что Луиза мне это не простит, останавливало от этого поступка. Пусть стоит. Или на стену повесить. Потом. Как-нибудь.
Все-таки она предъявила мне, что я намеренно дал ей белую футболку. И, как бы ни хотелось, мне пришлось предложить ей другой вариант.
А как она соблазнительно выглядела в рубашке за две тысячи евро! Интересно, Луиза хоть на мгновение задумывалась, как я себя чувствую, глядя на нее в эти моменты? Я мысленно представлял, как буду медленно расстегивать по одной пуговице, доводя ее до безумия. Покрывая поцелуями шею, ушко… и снова почувствовал напряжение в паху. Так и рехнуться не долго! Надо с этим заканчивать. Но как? Это красавица не выходила из головы.
В комнату постучали:
– Открыто! – Отозвался я.
Вошел Альберт:
– Это что за красота?! – Опешил он, разглядывая мордашку.
– Это творение Луизы, – хмыкнул я, вставая напротив рисунка. – Я лишь бант дорисовал. Надо позвонить в мастерскую, отменить заказ.
Альберт встал рядом:
– Ты же уже оплатил?
– Плевать! – Махнул я рукой. – С этой мордой у меня связанно слишком много, чтобы закрыть какой-то картиной.
И я не шутил. Вспоминая наше обсуждение этой мордашке, мы и сами не заметили, как разговор перешел в двойственное русло.
« А кого ты хочешь?», – спросила она.– « Мальчика или девочку?»
А отвечая на этот вопрос, я честно ей сказал: «Девочку!». И это был уже не просто ответ в шутливой форме. Я вполне серьезно подумал о том, что хотел бы девочку от Луизы. Чтобы наша малышка походила на маму. Миникопия Луизы. Но эти мысли остались мыслями. Опять же, чтобы не пугать ее своими намерениями.
– Она что-то говорила? – Не удержался я от вопроса.
Альберт покачал головой:
– Она молчала всю дорогу. Когда мы подъехали к ее дому, я спросил, ждать ли ее в гости? Она загадочно улыбнулась, и вышла из машины. Так ничего не сказала. Кстати, она была в восторге от бассейна.
