Мелинда ярко представила картину, как обезумевший от голода вампир поглощает жидкую массу из сырого мяса, крови и прожилок. К горлу подступила тошнота. Не удивительно, что родители решили, будто их сын одержим дьяволом…
– Но кто его обратил? И зачем?
– Понятия не имею. Некоторые вампиры любят заниматься подобными извращениями: обращают свою жертву, после чего бросают на произвол судьбы и исчезают. Здесь нет никакой логики, однако мерзавцам она и не требуется. Если хочешь уловить какой-нибудь смысл, можно провести аналогию с маньяками, убивающими ради личного удовольствия.
– Разве за такое не должны наказывать? Ты говорил, у вампиров существует свод законов, которого они обязаны придерживаться.
– Все правильно, такие поступки сурово караются, если об этом узнают свыше, но за каждым не уследишь. В мире живет слишком много вампиров, поэтому контролировать всех просто невозможно. В крупных городах существуют целые кварталы, где живут исключительно брошенные на произвол судьбы вампиры. Именно там бедняги обретают необходимые знания и опыт, помогающие им впоследствии выживать.
– Ты бывал в таких кварталах? – спросила Мелинда, понимая, что разговор захватывает ее все больше.
– Не-а, знаю только понаслышке.
– Дориан живет там?
– Он живет в собственном доме в Бостоне, – ответил Аллан, поправляя манжеты черного пиджака и поднимаясь со стула. – У него, кстати, есть жена и вот-вот родится ребенок.
– Его жена тоже вампир?
– Нет, Тесси обыкновенная девушка, которая адекватно – насколько это вообще возможно – восприняла тот факт, что ее жених – нестареющий вампир, питающийся человеческой кровью. Они познакомились на рок-фестивалелет десять назад. Тесси всегда была неординарной особой, а на момент знакомства с Дори принадлежала к субкультуре го́тов. Неудивительно, что перспектива встречаться с вампиром ее не смутила. Как только на свет появится их первенец, Дориан обратит ее. Почему-то Тесси принципиально хотела выносить первого ребенка, будучи человеком.
– Звучит слишком невероятно, чтобы быть правдой, – ответила Мелинда, следуя за бойфрендом. – Но больше всего меня удивляет, что в паре у человека и вампира может родиться ребенок.
– Еще как может! Таких детей называют «дампиры», и самое интересное, что с точки зрения медицины дети рождаются абсолютно здоровыми, красивыми и с феноменальными умственными данными.
– А у вампиров? Какие дети рождаются у таких, как мы? До того, как, эм… Себастьян не рассказал, что мама беременна, я думала, вампиры не могут размножаться.
– Вампиры не мертвые, как гласят легенды, Мелинда, – ответил Аллан. – Внутри нас живет особая магия, подавляющая старость и наделяющая физическое тело сверхъестественными способностями. В обмен на перспективу вечной жизни, магия требует крови, благодаря которой она и существует в живом теле. Вампиры легко могут продолжать свой род и обзаводиться потомством, но здесь все гораздо сложнее, чем с дампирами. Отпрысков, рожденных в паре вампиров, называют «мантиаки». Дети не рождаются полноценными вампирами, поскольку от родителей в них переходит лишь небольшая частичка магии. Они обладают таким же замедленным старением, как и их родители, а соответственно, взрослеют в два с половиной раза медленнее обычных детей. Мантиаки не питаются кровью, и несмотря на крепкий иммунитет все же подвержены некоторым болезням. При этом они остаются в состоянии человека до тех пор, пока не попробуют кровь. Как только это произойдет, обратного пути не будет – мантиак навсегда останется в том возрасте, в котором впервые поддался искушению и превратится в полноценного вампира. Но самое потрясающее, на мой взгляд, это выбор.
В отличие от дампиров, которые живут столько же, сколько и обычные люди, мантиаки могут естественно дожить до трехсот лет, не обращаясь. Вуди и Вэлла были рождены от двух вампиров. Не знаю почему, но близняшки предпочли вампиризм долгой человеческой жизни мантиака и завершили обращение, когда им было пятьдесят шесть лет от роду. Выглядели они при этом на восемнадцать.
– Близняшки – дети вампиров?! – Мелинда была в шоке. Она прожила под одной крышей с Алланом больше года, а до сих пор не знала таких важных фактов. – Почему ты не рассказывал раньше?
Аллан стоял на выходе из кухни и собирался ответить на ее вопрос, как вдруг у него зазвонил телефон. Осторожно прокашлявшись, он прислонил смартфон к уху и лишенным красок голосом проговорил:
– Здравствуй, да… как и договаривались, через час встречаемся у входа в «Эмили». – Выслушав в динамике спешный ответ на свою реплику, Аллан обреченно вздохнул, но сделал это так тихо, чтобы его собеседник не услышал. – Хорошо, я тебя понял… Скоро буду, до встречи.
Когда парень сбросил, Мелинда уже вовсю изучала его взглядом. Застав в лице девушки огромный вопрос, Аллан спешно пояснил:
– Очередная встреча с Дрейком. – Билл Дрейк был одним из главных юристов семейной компании. – Старик так распереживался из-за договора Натаниэля, что со вчерашнего дня не дает мне покоя.
– А что не так с договором?
