— Почему?
Ливитт пожал плечами.
— Надо было убрать следы тракторов. Здесь и по соседним дорогам перевезено в разное время до черта всякого тяжелого оборудования. И нам совершенно не нужны расспросы...
— Кстати, о предосторожностях,— заметил Холл, помолчав.— Я в самолете читал материалы. Там упоминается ядерный самоликвидатор...
— Ну и что?
— Он существует?
— Существует.
Для организаторов лаборатории «Лесной пожар» это устройство было в свое время форменным камнем преткновения. Стоун и другие настаивали на том, чтобы право окончательного решения — взрывать или не взрывать — оставалось за ними. Комиссия по атомной энергии и исполнительные власти упирались. Ведь правительство никогда еще не выпускало контроль над ядерным устройством из своих рук. Стоун утверждал, что, если в лаборатории произойдет утечка, у них попросту не будет времени, чтобы запросить Вашингтон и получить санкцию президента. Прошло немало месяцев, прежде чем президент внял этим доводам.
— Я там прочитал,— сказал Холл,— что устройство связано с какой-то «гипотезой решающего голоса».
— Так опо и есть.
— Но в чем там дело? Эта страница из моей папки изъята.
— Знаю,— сказал Ливитт.— Мы поговорим об этом потом.
Машина свернула с выщербленного асфальта на грунтовую дорогу и подняла такое облако пыли, что пришлось закрыть все окна. Холл достал сигарету.
— Это ваша последняя,— предупредил Ливитт.
— Ладно. Дайте хоть эту выкурить со вкусом...
По правую руку мелькнул щит с надписью «Государственная собственность. Вход воспрещен», но ни забора, ни охраны, ни собак не было — один только этот обшарпанный, облезлый щит.
— Грандиозные меры безопасности,— заметил Холл.
— Не беспокойтесь, нас охраняют гораздо лучше, чем кажется. Просто мы стараемся не привлекать внимания...
Они проехали еще километра полтора, подскакивая на ухабах, и наконец перевалили через бугор. Перед Холлом открылся круг метров ста в диаметре, обнесенный высоким крепким забором, с колючей проволокой поверху. Внутри круга на неубранном кукурузном поле стояло небольшое деревянное здание,
— Кукуруза? — удивился Холл.
— А что? Разве не остроумно?
Подъехали к воротам. Навстречу вышел человек в грубых фермерских штанах и тенниске, с бутербродом в руке. Энергично работая челюстями, он отпер ворота. Потом подмигнул, улыбнулся и, не переставая жевать, махнул, чтобы проезжали. Вывеска у ворот гласила:
Государственная собственность
Министерство сельского хозяйства США
Опытная станция по освоению пустынных земель
Ливитт провел машину в ворота, затормозил у деревянного здания и вылез, оставив ключ в замке. Холл последовал за ним.
— А теперь куда?
— В дом,— ответил Ливитт,
Они вошли в здание и попали прямо в небольшую комнату. У шаткого столика сидел мужчина в ковбойской шляпе и клетчатой рубахе с плетеным галстуком. Он читал газету и, как тот сторож у ворот, закусывал. Подняв на них глаза, он добродушно осклабился.
— Привет,— сказал он.
— Здравствуйте,— ответил Ливитт.
— Могу помочь?
— Да мы проездом,— ответил Ливитт.— Едем в Рим.
Мужчина кивнул.
— А сколько времени?
— Часы вчера остановились,— ответил Ливитт.
— Обида какая,— сказал мужчина.
— А все из-за жары...
Удовлетворенный ответами, мужчина снова кивнул. Они прошли мимо него, через дверь и по коридору. С дверей по обе стороны на них смотрели написанные от руки печатными буквами таблички: «Выращивание саженцев», «Контроль влажности», «Анализ почв». В комнатах работало с полдюжины людей, разношерстно одетых и, по всей видимости, занятых делом.
— Это настоящая сельскохозяйственная станция,— пояснил Ливитт.— Если надо, тот мужчина может провести вас по комнатам и растолковать, чем занимается станция и какие опыты на ней поставлены. В основном они тут пытаются вывести сорт кукурузы для возделывания на сухих высокощелочных почвах...
— А «Лесной пожар»?..
— Здесь.
Ливитт открыл дверь, украшенную табличкой «Склад», и Холл увидел узкую каморку, заваленную граблями, мотыгами и шлангами для поливки.
— Входите же...
Холл вошел. Ливитт закрыл дверь — и Холл почувствовал, как пол начал проваливаться под ногами и они поехали куда-то вниз вместе с граблями и прочим барахлом.
Через несколько мгновений они очутились во вполне современной комнате, освещенной лампами дневного света. Стены были выкрашены в красный цвет. Комната была пустой, если не считать прямоугольного ящика по пояс человеку, похожего на лекционную кафедру. Сверху ящик прикрывало светящееся зеленоватое стекло.
— Подойдите к анализатору,— предложил Ливитт.— Руки положите на стекло ладонями вниз.
Холл так и сделал. Пальцы слегка кольнуло, и ящик издал гудящий звук.
— Все в порядке. Отойдите.
Ливитт в свою очередь положил руки на ящик, подождал, когда тот загудит, и сказал:
— Теперь, пожалуйста, сюда. Вас интересовали меры безопасности. Сейчас, прежде чем мы войдем в основные помещения, я вам кое-что покажу...
— А что это за ящик?
