— Алексей и Геннадий. Мы с Василием на бугре добиваем. Если это так можно назвать. А сейчас Генка на атасе, мы копаем. Я тяну провод, мужики копают яму, щебень не раскидывайте только. Нам мину еще маскировать надо, чтоб сверху смотрелось нормально.
То, что это не первое минирование, прибавляло спокойствия всем, да и копать дорогу ночью — не то что днём, когда в любой момент может появиться мотоцикл с фрицами. Яма получилась достаточно большая, настолько, чтоб закладку не размолотило проезжающими по ней танками. Ну и чтоб провод не порвали, его тоже заглубили на два штыка до самой водоотливной канавы. А там уже Парамонов просто вырезал полосу дёрна, укладывал провода и возвращал дёрн на место. Не всю сотню с лишним метров прикопал так, но примерно тридцать не поленился спрятать.
Перед тем, как засыпать мину, до её подключения к проводке, специально захваченной лампочкой Парамонов прозвонил цепь. Он догадался просто скрутить два конца перед дорогой, и подключить лампу перед батареей. Лампочка засветилась, гарантируя целостность кабеля. Теперь строго наказать никому не трогать батарею и можно идти вешать провода на самодельный электровзрыватель. Пока подключили, закопали, пока замаскировали, отряд диверсантов никто не побеспокоил — у немцев уже выработалась боязнь темноты на дорогах Белоруссии. Даже вздремнуть успели.
Генка всё-таки залез на дерево, ворон-маньяк какой-то! Благо, смотреть надо было в одну сторону, в обратную по дороге никто не ехал, чтоб не создавать пробок отправляемым на линию фронта колоннам. Парень клятвенно пообещал, что не будет каркать, а высмотрит большую пыль и сразу вниз и бегом к Алексею, мол готовься. А потом обратно к дороге. А как голова на подходе будет, то обратно и отмашку будет давать к активации подрыва. Про активацию подумал Парамонов, Генка такое слово не использовал. Но план его был одобрен всеми.
Колонна надвигалась как очень толстая змея, чья голова была очень хорошо видна и состояла из двух легковых машин и трех мотоциклов. Туловище уже не так хорошо виднелось, подернутое пылевым облаком, а хвост и подавно нельзя было разглядеть из-за сплошной стены пыли. Даже странно, подумал Александр, как они едут и никуда не врезаются? Потом вспомнил, как следовал в колонне боевой техники по пустыне во время срочной службы в армии. Как-как, чудом и исключительно благодаря стальным нервам и пофигизму! Если в колонне и были танки, то увидеть это не представлялось возможным, танки и прочая гусеничная техника всегда едут в хвосте.
Голова, вернее легковушки почти поравнялись с занимаемым бугорком, по прикидкам председателя общества любителей природы, её уже было пора любить, вот прямо совсем пора! Ну-у-у… Ну⁈ Он навел прицел на первый автомобиль, по его прикидкам начальство всегда едет впереди, чтоб не глотать пыль подчиненных. А потом разглядел на одном мотоцикле с коляской пулемет и перенавелся на него. Командиры — это правильно, но пулемет надо гасить раньше. Автомобилями он велел заниматься Василию сразу после взрыва. Вот сейчас, вот…
И всё равно взрыв раздался неожиданно. Парамонов даже потерял полсекунды, что оказалось в плюс. Непривычный к езде по территории СССР фашист вместо того, чтоб дать по газам, затормозил. Пыльная строчка от попадания пуль затанцевала по дороге, потом пули перескочили на мотоциклиста, ударили по седоку люльки — достаточно! Рядом Василь посылал пулю за пулей в легковушку, она уже встала. А вторая выруливает, значит это цель пулеметчика. На, сука! Короб опустел или клин? После разберем! Смена диска, передернуть затвор — пара секунд на всё, и по грузовику, по второму, по…
Повторная детонация чего-то военного примерно в том же месте, где стоял столб от первого взрыва, не такая громкая, но приятная как бонус от туроператора. Она давала надежду на дополнительный десяток путёвок в Вальхаллу для птенцов Третьего Рейха.
— Меняем позицию! Сейчас начнется!
А уже началось, кто-то умный и недоконтуженный начал лупить в ответ по их пригорку, так что кусты стали терять веточки. Мужчины ползком откатились назад и уже на карачках полезли в сторону, где у них была приготовлена вторая позиция. Вернее, не одна на двоих, а две односпальные.
Парамонову некогда было смотреть, как обстоят дела у Василия, он сменил очередной короб и теперь особо не целился, стреляя в замершую колонну. И нет, фашисты не оцепенели, просто один мотоцикл и два изрядно дырявых автомобиля с начальством (как Александр надеялся, тоже дырявым) перегородили дорогу. Головной грузовик, попытавшийся снести байк с пути, тоже поймал хорошую порцию, так что сейчас расчистить дорогу можно было только танком. Если танки есть, то они в хвосте, а перед ними еще одна куча железа и мяса. О! снова детонация! Это просто праздник какой-то!
— Валим отсюда! Васька, погнали нахрен!
— Чего⁈ Всё, командир? Уходим?
— Да!
Бросив на старой огневой позиции два пустых короба (жадность фраера сгубила), Парамонов со своим товарищем подхватили оружие и согнувшись в три погибели побежали под горку. Их выступление было окончено.