— Я могу помочь вам победить то, что убивает Стражей, — сказала я, осознавая, что Тьерри и Мэттью выглядят так, будто они в нескольких секундах от сердечного приступа. — Этот меч может разрубить полностью измененного Стража в мгновение ока, ничего не оставив после. То же самое касается демона —
— Этого достаточно, — голос Тьерри звучал устало, когда он откинулся на спинку кресла.
— Правда? — с вызовом спросила я, оглядывая комнату. — Просто хочу убедиться, все ли здесь понимают, что я не обуза. Я ценный сотрудник.
— Уверен, теперь все здесь это понимают, — сказал Мэттью, вздыхая. — Пожалуйста, Тринити, верни меч обратно. Думаю, ты начинаешь их пугать.
Ухмыльнувшись, я сделала глубокий вдох и заставила свои мышцы расслабиться. Белый огонь вокруг меча вспыхнул, а затем замерцал, прежде чем меч распался, оставив тонкое свечение золотой пыли, которая испарилась прежде, чем коснулась пола. Я точно знала, когда они больше не могли видеть то, что существовало во мне. Мое зрение вернулось к расплывчатой мутной темноте.
Чувствуя зуд в собственной коже, я скрестила руки на груди и вздернула подбородок.
— Вы поможете мне найти Мишу, а я помогу вам разобраться с проблемой.
— Что?.. — Зейн прочистил горло, и когда я взглянула на него, стало очевидно, что до этого он понятия не имел, кто я такая. Невозможно было сфабриковать такой шок. Это не значило, что я полностью доверяла кому-либо из гостей, но Зейн действительно ничего обо мне не знал. — Кто ты такая?
— Она Истиннорожденная, — ответил Тьерри, и его голос звучал более устало, чем я когда-либо слышала. — Наполовину человек…
— Наполовину ангел? — договорил Николай и уставился на меня со смесью удивления и… чего-то еще, гораздо более сильного. Страха. — Ты нефилим?!
— Предпочитаю, чтобы меня называли Истиннорожденной, — сказала я. — «Нефилим» звучит так… архаично.
Арахис фыркнул, напоминая, что он все еще в кабинете.
— Как? — Зейн протянул руку, ухватившись за спинку пустого кресла. — Как это возможно? Я думал, что…
— Ты думал, что все Истиннорожденные исчезли? Стерты с лица Небес, Земли и Ада демонами и Стражами? Что они не более чем миф и легенда? — подсказал ему Мэттью. — Это правда.
— Но… но она стоит прямо здесь, — Зейн сделал шаг ко мне, а затем резко остановился. — Как?..
— Она последняя в своем роде, — объяснил Мэттью. — И нам было поручено скрывать ее и обеспечивать безопасность в нашей общине с тех пор, как она была ребенком. Вот почему она продержалась так долго.
— Это не единственная причина, — сказала я, чувствуя, как влажное тепло начинает капать из моего носа. Протянув руку, я вытерла ладонью лицо, а затем посмотрела вниз: мой палец был испачкан кровью. Я вздохнула. — Вот для чего меня тренировали.
— И… ты просто живешь здесь? — спросил Зейн.
— До тех пор, пока мой отец не призовет меня. — Я пожала плечами, когда Мэттью направился ко мне, вытаскивая из кармана носовой платок. — Конец времен, я полагаю, или что-то в этом роде. Но я была в безопасности благодаря Мише.
Мэттью медленно поднял руку и, убедившись, что я его вижу, приложил платок к моему носу.
— О, Тринити, — пробормотал он.
— Почему у нее идет кровь? — спросил Зейн.
— Это благодать, — сказал Мэттью, отступая назад. — После ее использования у Тринити всегда носовые кровотечения, и это очень ослабляет. Она может быть ходячим, дышащим мифом, но она все еще наполовину человек. Использовать благодать тяжело для ее человеческой стороны. Скоро она где-нибудь свернется калачиком и уснет.
Я слегка улыбнулась: в устах Мэттью это прозвучало так, будто я была ребенком, который сам себя подкармливает.
— Думаю, что знаю роль Миши в этом, — сказал Дез, заговорив впервые с тех пор, как я решила сделать всю эту чертовщину «покажи и расскажи». — Если я правильно помню, когда было много Истиннорожденных, они были связаны со Стражами. Их сила помогает… Как это сказать? Компенсировать некоторые человеческие недостатки? И наоборот. Ангельская сторона наделяет Стражей силой, делает их крепче и быстрее.
Я кивнула.
— Миша — мой Защитник. Если вы возьмете меня с собой и поможете найти его, я помогу решить вашу проблему. Останусь в Вашингтоне столько, сколько потребуется, даже после того, как мы разыщем Мишу.
— Вот откуда ты знаешь, что он жив, — сказал Зейн. — Вы связаны узами?
— Да, — я прижала кулак к груди, комкая в руке носовой платок. — Я не чувствую, что он мертв. И пока не почувствую, не смогу отказаться от него. Не стану. Ты бы сделал это?
Мускул напрягся на челюсти Зейна, когда он отвел взгляд.
— Невероятно, — пробормотал Николай. — Кто еще знает о ней?
— Очень немногие, — ответил Мэттью, опускаясь на свободное место. — Если бы это вышло наружу, демоны каждый день пытались бы пробить брешь в этих стенах, чтобы добраться до нее. Демоны думают, что она человек, пока не почувствуют запах ее крови.
