Прежде чем выйти из спальни во второй раз, я убедилась, что на мне действительно были штаны, и достала набедренную кобуру с кинжалами. Это был еще один подарок от Джады. Я никогда им не пользовалась, но теперь с облегчением увидела, что кобура подходит и хорошо спрятана под гораздо более длинной рубашкой.
Оказавшись в гараже, я уставилась на черный «Шевроле-Импала». Автомобиль был припаркован рядом с каким-то скоростным мотоциклом, и я все еще отчаянно пыталась не думать о том, что Зейн видел меня в нижнем белье.
«Шевроле-Импала» — это было впечатляюще: никогда раньше я не видела такую винтажную машину.
— Ты фанат «Сверхъестественного»?[8] — спросила я.
Зейн обошел меня и открыл пассажирскую дверь.
— До недавнего времени — нет. У меня была машина до того, как я познакомился с миром Винчестеров.
— О!
Он повернулся ко мне, придерживая дверь. Как и на мне, на нем были черные очки — серебристые авиаторы со светоотражающими линзами. Мои же очки были настолько велики, что, вероятно, делали меня похожей на насекомое, а линзы — настолько черными, насколько мне удалось достать.
Эти полные губы, кривая полуулыбка.
— Ты собираешься садиться?
— О, — повторила я. — Да.
Казалось, уже через наносекунду Зейн был за рулем и поворачивал ключ. Двигатель ожил.
— Итак, куда мы направляемся? — спросила я.
— Через реку. Дорога туда не займет много времени, — сказал он, выезжая с парковки и оглядываясь на меня. — Пристегнись.
Я даже не заметила, что не сделала этого: пришлось взять себя в руки. Выехав на улицу, Зейн остановил машину — и я почти прижалась лицом к окну, пытаясь охватить все вокруг.
Это было совсем не так, как раньше, когда я смотрела в окно с высоты птичьего полета.
Здания всех размеров и цветов, казалось, громоздились друг на друге, как толстые пальцы, тянущиеся в раннее вечернее небо, блокируя большую часть угасающего солнечного света. Повсюду были люди.
Я никогда раньше не видела столько людей. Даже в Моргантауне, где я бывала раньше. Вероятно, на улицах были сотни людей, их формы и лица казались мне расплывчатыми, когда они спешили мимо тех, кто шел медленно, и подрезали движение. Сигналили машины. Не смолкал людской гомон.
Мало того, я все еще чувствовала демонов и знала, что некоторые из этих людей были не совсем людьми. Звук лился со всех сторон — это немного ошеломляло. Я и так едва могла отличить людей от призраков. Как теперь это определить?
— Здесь много людей, — заявила я.
— На самом деле это не так уж плохо, — ответил Зейн.
— Серьезно? — прошептала я.
Он кивнул.
— Час пик прошел. Если бы мы вышли примерно на три часа раньше, их было бы вдвое больше.
— Срань господня. — Я была рада, что приехала сюда не одна. Меня не пугало большое скопление людей: по крайней мере, я так думала. Теперь этой уверенности не было.
Я повернулась к пассажирскому окну. Мысли блуждали, пока я смотрела вперед, на смутные фасады зданий, которые в конечном итоге превратились в калейдоскоп вязов и парков. Я начала думать о Мише, о том, что могло с ним случиться, и мне пришлось отогнать свои мысли. Я не могла позволить себе провалиться в эту кроличью нору. Я не чувствовала потери связи, так что Миша все еще жив, и это единственное имело значение.
Я поймала себя на том, что вспоминала сказанные Зейном слова, — будто он вынужден был смотреть, как кто-то, о ком он заботился, страдает, и ничем не мог помочь. Он снова оказался прав. Я мало что знала о нем, и я хотела… Хотела узнать больше.
— Мы на месте, — объявил Зейн, возвращая меня к действительности.
Я сосредоточилась на месте, с удивлением обнаружив, что мы были на какой-то частной дороге, остановившись перед… массивным особняком?
Прижавшись лицом к окну, я прищурилась. Это было двухэтажное кирпичное строение с причудливыми белыми колоннами, обрамлявшими широкое крыльцо, которое, казалось, окружало весь дом.
Да, это определенно был особняк.
Я не пошевелилась, даже когда Зейн заглушил двигатель. Сделав неглубокий вдох, я почувствовала тяжелое присутствие… демонов. Они могли быть буквально где угодно. Я ощущала их почти всю дорогу, за исключением того момента, когда мы переезжали мост.
— Ты в порядке? — спросил Зейн.
— Да, — прошептала я. — Где мы?
— Прямо за рекой, в Мэриленде. Это… частный дом, — сказал он достаточно отстраненным тоном, и это меня насторожило. Он тоже смотрел на дом напряженно. — Здесь живут два человека, но, думаю, другие приходят и уходят.
— Вау! Здесь живут только два человека?
— Да, — пробормотал Зейн, снимая солнцезащитные очки и вставляя их в козырек. — Но посмотри на дом Тьерри. Он в два раза больше, и сколько человек там живет? Четыре?
В его словах был смысл.
— Ты в порядке?
Зейн моргнул и снова посмотрел на меня, его лицо разгладилось.
— Всегда.
Мои брови приподнялись, но он открыл дверь и вышел, мне пора было сделать то же самое. Оставив сумку на сиденье, я взяла с собой телефон.
Идя по серой брусчатке, я заметила, что здесь было теплее, хотя солнце стояло за домом. Ветерок был не таким прохладным, как в горах.
— Эй!
Я остановилась и повернулась к Зейну.
