Она прервалась, поскольку красный огонек замигал в углу ее терминала. Она замерла на пару мгновений и вставила другой ключ, и лицо Билла Эдвардса появилось перед ней.
– Да, Билл?
– Я сожалею, что потревожил вас, мэм, но пришел срочный неотложный вызов.
– От кого? – хмуро спросила Мишель.
– Это – конференц-запрос, мэм – от адмирала Хумало и баронессы Медузы.
Мишель почувствовала, как округлились ее глаза. Сейчас –час или два после местной полуночи в Тимбле, и штат Хумало уже скоординировал расписание своих работ с губернатором. Так что же им двоим могло понадобиться от нее в столь поздний час?
«И я не думаю, что мне понравится ответ на этот вопрос», – подумала она.
– Они запрашивали визуальное подтверждение? – спросила она Эдвардса, вытирая одной рукой короткие, все еще влажные волосы и задаваясь вопросом, как ее голос мог казаться настолько спокойным.
– Нет, мэм. Фактически, губернатор и для себя не давала подтверждения, и она определенно сказала, что это удовлетворит и вас, чтобы поддерживать только аудио-связь.
– Хорошо, – уголок рта Мишель предательски подернулся. – Крис точно убьет меня, если я позволю кому-либо увидеть, что я валяюсь без дела, в сладостях во время конференц-связи с другим флаг-офицером и имперским губернатором. Или это, или мне придется на себе испытать его неизлечимо укоризненный взгляд! Разрешение получено, Билл, будь добр, выведи вызов через терминал.
– Хорошо, мэм.
Эдвардс исчез, замененный почти сразу разделенным экраном. Один сектор показал лицо Аугустуса Хумало, в то время как другой вывел изображение герба баронессы Медузы. Хумало был все еще в униформе, хотя и без мундира, и Мишель знала, что они оба видели на своих экранах щит и пересекающиеся стрелы «Артемиды» с наложенными с двумя звездами ее ранга вместо нее самой.
– Добрый вечер, адмирал. Добрый вечер, губернатор, – сказала она.
– Кажется вы имел ввиду «Доброе утро», миледи? – ответил Хумало с натянутой улыбкой.
– Именно это я и имела в виду. Хотя мы все еще живем по мантикорскому времени на борту кораблей, – улыбнулась Мишель в ответ, затем откашлялась. – Тем не менее, меня терзают смутные сомнения, почему вы оба внезапно захотели пообщаться со мной так поздно, сэр.
– Технически, я действительно не считаю, что мы и вправду должны были, – ответил голос баронессы Медузы. –Фактически, как мне видится, единственная причина, по которой мы не стали ждать до завтра, – это лишь малая толика человеколюбия.
– Звучит зловеще, – сказала Мишель, осторожно подбирая слова.
– Почтовое судно пришло от Терминала Рыси около двадцати минут назад, миледи, – сказал Хумало. – Со срочным сообщением. Похоже, что три стандартных недели назад адмирал Вебстер был убит на Старой Земле.
Мишель сделала резкий вдох. На мгновение показалось, что это Хумало высунулся из терминала и огрел ее. Шок был настолько же острым, насколько полностью неожиданным. И вслед за ним обрушилась невосполнимая боль утраты. Семьи Вебстера и Хенке были близки – сестра ее отца вышла замуж за нынешнего герцога Нового Техаса – и Джеймс Боуи Вебстер был ее неродным дядюшкой с тех самых пор, как она была еще маленькой девочкой. Он был одним из тех, кто активно поощрял ее делать карьеру на флоте, и, несмотря на приличную разницу в возрасте, их отношения остались близки и после ее выпуска с Острова Саганами, хотя их различные обязанности и назначения и вынуждали их поддержать отношения лишь в переписке. И теперь…
Она моргнула горящими глазами и резко покачала головой. У нее не было времени, чтобы думать о личных аспектах этого.
– Как это произошло? – категорически спросила она.
– Это все еще расследуется, – Хумало был похож на человека со ртом, полным кислой хурмы. – Тем не менее, пока что было определенно установлено то, что его застрелили с близкого расстояния на общественном тротуаре, – по сути, перед Оперным Театром! – никем иным, как личным водителем посла Хевена в Лиге.
– Мой Бог! – Мишель уставилась на изображение Хумало.
– Действительно, – ответил голос Медузы. – Грегор и я все еще разгребаем официальную корреспонденцию и отчеты, которые сопровождали ее. После всего, что мы до сих пор видели, я задалась вопросом, не является ли это очередным применением чего-бы-то-ни-было, что они использовали при покушении на герцогиню Харрингтон.
– И, могу я спросить, почему же, мадам губернатор? – голос Мишель обострился от воспоминаний о Тиме Меарсе и его смерти.
– Поскольку убийца стрелял в него прямо перед полудюжиной камер видеонаблюдения, по крайней мере, двумя или тремя полицейскими и собственным телохранителем адмирала Вебстера. Если и это не составляет атаку смертника, то я уже не знаю, что это может быть.
– Но зачем хевенитам нужна смерть адмирала? – Мишель услышала жалобные нотки в своем голосе.
– У меня нет ни малейшей подсказки, почему они совершили это, – ответила Медуза.
– Как и у меня, – согласился Хумало, и Мишель откинулась, бешено соображая.
