Она наблюдала Брюле и Ратти, гладко продвигающихся по хорошо написанному и тщательно отрепетированному сценарию и обдумывала, было ли то чувство почти богоподобной власти, которое она ощущала наблюдая как вся система Новой Тосканы танцевала по сценарию Согласия Мезы, подобным тому что чувствовал Альберт Детвейлер? А если так, было ли оно таким же притягательным для него, как она ощущала легко может стать для нее? В этом отношении, если было, беспокоило ли его это?
Мне ясно чего мы пытаемся достичь и почему, теперь по крайней мере, думала она. Я не понимала, прежде чем он и Изабель объяснили все это, но теперь суть дела ясна. Но это знание только делает игру еще более опьяняющей. Оно определяет глубину, масштаб никогда не существовавшие прежде. Но даже такая амбициозная цель по-прежнему все еще . . . интеллектуальный фантом.Игра – вот что реально. Интересно у Альбрехта и других также? И если это так, что они собираются делать, когда мы, наконец, возьмем приз и не будет больше игр, чтобы играть?
* * *
– Он сказал, ЧТО?
Капитан-лейтенант Льюис Дентон уставился на энсина Рэйчел Монахан.Энсин слегка нервно сидела на стуле через стол от него в небольшом капитанском салоне. Несмотря на то, что Дентон был всего лишь капитан-лейтенантом, и что КЕВ «Реприза» был всего лишь слегка пожилым и устаревающим эсминцем, он был капитаном одного из кораблей Ее Величества, и на данный момент, Монахан казалось слишком хорошо осведомленной о том, что она была самым младшим офицером на борту этого же корабля.
Она также была добросовестной, и хотя Дентону не было абсолютно никакого намерения говорить это ни одной живой душе, удивительно симпатичной. Она была самым умным младшим офицером с кем он когда либо сталкивался, но обладала весомой долей здравого смысла, она была очень далека от глупости. На самом деле, Дентон был одним из тех офицеров, которые предпочитали внимание к обязанностям и здравый смысл ненадежным или небрежным (или, что еще хуже, ленивым) умникам, и был полностью удовлетворен ее деятельностью за время с которого она присоединилась к экипажу «Репризы». Это было одной из причин, по которой ей предоставлялось растущее число возможностей продемонстрировать свою компетентность и уверенность в себе, и, до сих пор, она использовала их достаточно ловко.
Что прямо приводило к её просьбе о этой беседе, даже если Дентон понятия не имел, какого дьявола происходит.
– Он сказал, что собирается официально жаловаться на наши преследования, сэр, – вновь повторила Монахан.
– Ваше преследование, – переспросил Дентон тоном человека, пытающегося осмыслить некие забавные представления, возникшие в его собственном сознании.
– Да, сэр.
Монахан казалась более чем слегка встревоженной, и Дентон неплохо понимал почему.Большинство молодых офицеров попав в неприятности, в первую очередь обращались к своим командующим офицерам со своей версией произошедшего, прежде чем любые неприятные тонкости дошедшие до них делали ситуацию хуже. Однако случае Монахан, подобное предположение было нелепым.
– О преследовании, которого вы, очевидно, не совершали,Рэйчел. Он это подразумевал?
-Да, сэр.
– Вы сделали что-то такое, что достаточно разозлило его, чтобы он сфабриковал какие нибудь жалобы в попытке создать для вас трудности?
– Сэр, я не могу припомнить ничего подходящего, – сказала она, качая головой. – Я все делала в точности по Уставу, как и каждый раз до этого. Но выглядело так… Я не знаю, точно, сэр, но казалось, он ждал, пока я сделаю то, на что он может пожаловаться. И если я не дам повода, то он в любом случае готов утверждать, что я сделала. я никогда не видела ничего подобного, сэр.
Она очевидно выглядела более запутавшейся чем взволнованной, и Дентон поставил еще одну мысленную одобрительную отметку в её результаты. Несмотря на очевидную озабоченность возможным предположением, что она хочет прикрыть свой тыл, она сообщила о эпизоде старпому, как только вернулась на борт корабля. И старпом был достаточно удивлен и заинтересован, чтобы передать её ??доклад Дентону, даже прежде чем она покинула его кабинет. Что было причиной того,что Монахан теперь сидела в салоне Дентона, воспроизводя порядок её таможенного досмотра.
– Таким образом, вы поднялись на борт, попросили его бумаги, проверили их и провели быстрый осмотр, верно?
– Да, Сэр.
– И он предъявлял вам претензии с самого начала?»
– Да, Cэр. С той минуты как я покинула стыковочную трубу. Это выглядело так, словно сработал переключатель, побуждающий оторвать мне голову любой ценой, какими бы вежливыми ни были я и мои подчиненные. Шкипер, я думаю, могли бы мы сделать ему комплимент по поводу цвета переборки – он бы и его сумел превратить в смертельное оскорбление!»
