– Она, казалась более чем немного расстроена, – сказал лейтенант Петр Козлов. – Но природа того, что сказала эта новотосканская сволочь меня действительно беспокоит.
– Согласен. Я не хочу делать из мухи слона и беспокоить ее больше, чем уже есть, особенно не перед тем как она закончит официальный рапорт для меня. Но, говоря об этом, я хочу, чтобы ты побеседовал с остальной частью ее абордажной партии, особенно шефом Фитцхью. И перемолвись тихим словом другими младшими офицерами, которые участвовали в таможенных проверках. Возможно кто-нибудь из них, слышал некоторые из таких же замечаний и просто не был готов, как Рэйчел довести их до нашего внимания. И если они слышали что-нибудь подобное, я хочу узнать время, место и содержание.
– Да, сэр.
Козлов звучал заметно мрачнее, чем минуту назад, отметил Дентон.
– Еще одно, – продолжил капитан. – Я хочу, чтобы каждая партия, которая отправляется на борт торгового корабля оснащалась звуковой и видеозаписью. Я не особенно желаю, чтобы вы кого либо оповещали об этом на борту судна, потому что не хочу очевидной игры на камеру с нашей стороны. Так что найдите, где можно поставить жучка. Я не хочу терять качество изображения, если можно без этого обойтись, но меньше беспокоюсь о картинке, чем о звуке.
– Капитан, я не думаю, что мне нравится то, о чем полагаю вы думаете.
– Ну, если вы сами не мыслили в том же направлении, вы бы не направили Рэйчел ко мне так быстро, не так ли? – отбился Дентон.
– Это был больше зуд, чем полномасштабное подозрение, сэр.
– В этом случае, ваши инстинкты боюсь сработали даже слишком хорошо, – мрачно сказал Дентон. – У меня нет ни малейшего представления, почему это может происходить, и, возможно мы оба просто воображаем невесть что. Но может быть и нет, как и адмирал Хумало, поставивший акцент на то, что он требует от нас держать глаза и уши открытыми, когда послал сюда. Поэтому отправляйтесь и сделайте эти запросы для меня. И установите жучков. Возможно нам сможем воткнуть их в планшет офицера партии или еще куда-нибудь. Я не знаю получится ли, но я хочу получить наилучшую запись каждого посещения корабля Новой Тосканы. И мне нужны аналогичные записи проверок других шипперов, в качестве базы для сравнения. Ясно?
– Ясно, Шкипер, – ответил Козлов. – Мне не нравится куда мы, кажется собираемся вляпаться, но это ясно.
– Не слишком большой пикет, не так ли? – спокойно отметила Мишель Хенке Синтии Лектер, со времени ее разговора с Джозефом Бингом прошло двенадцать дней. КЕВ «Артемида» и три других корабля первого подразделения 106 Крейсерской Эскадры замедлялись для нескорой встречи с кораблями Аугустуса Хумало, оставленными присматривать за системой Тиллермана, когда он ушел на Шпиндель, оставив Монику.
– Нет, мэм, – согласилась Лектер столь же спокойно. – С другой стороны адмиралу Хумало было толком не с чем работать. Я не припомню, чтобы кто-нибудь, кроме вице-адмирал О'Мэлли был отозван так… резко.
– Умеешь обращаться со словами, а, Синди? – Мишель улыбнулась без особого юмора, но признала, что Лектер точно подметила. По сути, уже двое.
Что оставляет меня наедине с не-такой-уж-и-маленькой собственной проблемой, сухо подумала она. Никто не имеет понятия, зачем солли сподобились послать такую толстозадую оперативную группу прямо к Монике, чтобы нас поволновать. Но теперь мы знаем, что у них есть… и заодно возвращаемся к войне с Хевеном. Так должна я усилить Тиллерман, оставив пару крейсеров, или мне оставить эту систему, как она есть, и забрать все обратно на Шпиндель, чтобы поддерживать силы в сосредоточенном состоянии?
Вопрос, к сожалению, от которого не спрячешь голову в песок, как бы ни хотелось сделать именно это. Простое предположение о разделении своих сил перед лицом потенциальной угрозы со Солнечной Лиги гарантированно вызвало бы бессонницу у любого командующего флотом. С одной стороны, три дня проведенные на Монике убедили ее, что чего бы Джозеф Бинг не пытался достигнуть, в задачу не входило убедить некую Мишель Хенке в своих дружеских и мирных намерениях. Так что, если она не усилит пару легких крейсеров-старичков и один эсминец, оставленные тут Хумало, она рискует отправить совершенно неверный сигнал не только ему, но и всем остальным в секторе Талботт. Она не осмеливалась дать кому-либо – и особенно Бингу – впечатление, что она не пожелает пойти на серьезный риск, и даже войну, для защиты территории и граждан новоприсоединенных территорий Звездной Империи Мантикора. В этом отношении, на ней лежала правовая и моральная ответственность, сделать это, независимо от характера угрозы.
