– Генерал, Дворец еще в Норте, следит за ходом операции, – говорит Ада. – Она сообщит нам все, что удастся выяснить.
– А как насчет Озерного края? – спрашиваю я. – Айрис собирается напасть, и нам нужно знать, когда.
Джон сказал – несколько недель. Не очень-то точно.
Лебедь откашливается.
– Озерные закрыли границы. Я и сама-то сомневалась, что выберусь, не говоря уж о моих людях. Мы старались уехать как можно быстрее, – ее глаза темнеют. – Без жертв не обошлось. Вы понимаете…
Я мрачно киваю и стараюсь не думать о том, сколько мертвых друзей она оставила позади.
Мой взгляд перебегает по собравшимся солдатам и политикам. Почти все – Красные. Несколько монфорских Серебряных сидят вместе с Дэвидсоном, но они немногочисленны. Я узнаю Радиса, светловолосого депутата из Народной галереи. Он чуть заметно кивает, заметив меня.
И Дэвидсон тоже.
Покраснев, я откашливаюсь и делаю шажок вперед. Сидящие рядом генералы поворачиваются, чтобы взглянуть на меня. Солдат труднее призвать к молчанию, и я предпринимаю еще одну попытку, на сей раз энергичней. Медленно, но верно среди собравшихся наступает тишина, и все взгляды обращаются ко мне. Я сглатываю, чувствуя знакомое, но, тем не менее, неприятное ощущение. «Не бойся. Не красней. Не сомневайся».
– Меня зовут Мэра Бэрроу, – говорю я собравшимся. Кто-то на галерее тихо фыркает. Очевидно, я уже не нуждаюсь в представлении. – Спасибо, что пришли, – продолжаю я, пытаясь подобрать правильные слова. «Знакомый провидец подбросил мне пару намеков» – это как-то странно. – Простите, что опоздала. Но я… гуляла. И встретила в горах человека.
– Это метафора? – ворчливо спрашивает генерал Багровый.
На него шикает Барабанщик. Прозвище удивительно ему подходит – он абсолютно круглый.
Я смотрю на Аду, затем на Фарли.
– Это был Джон, – говорю я, и у Фарли глаза лезут на лоб. Выражение шока у нее на лице очень красноречиво. – Он новокровка, ясновидец, и мы уже раньше с ним общались.
Дэвидсон вздергивает голову.
– И Мэйвен тоже. Если я не ошибаюсь, этот человек послужил орудием твоей поимки.
– Да, – отвечаю я, почти со стыдом.
Премьер поджимает губы.
– И некоторое время он служил Мэйвену.
Я снова киваю.
– Да. По личным причинам.
У некоторых соотечественников Дэвидсона вид становится пренебрежительный, однако премьер подается вперед, опираясь на локти, и устремляет на меня внимательный непроницаемый взгляд.
– Что он сказал, Мэра?
– Что мы не можем отдать столицу Норты Озерным, – отвечаю я. – Если мы это допустим, путь будет «долгим и кровавым». Хуже прежнего. Если Озерные возьмут Археон, они будут править Нортой минимум сто лет.
Радис фыркает, изучая свои отполированные ногти. И он не единственный, кто при этих словах недоверчиво закатывает глаза.
– Тут и ясновидец не нужен, – бормочет он.
Генералы согласно кивают. От их лица заговаривает Лебедь.
– Мы знаем, что готовится вторжение. Это лишь вопрос времени.
– Две-три недели, – я буквально слышу обратный отсчет. – Так сказал Джон.
Лебедь прищуривается – без неприязни или подозрения. С жалостью.
– И ты ему веришь? После того, что он сделал с тобой?
Я вспоминаю, как попала в плен. В тюрьму, в которую Джон завлек меня запущенной им самим схемой будущего. Я сказала, что не желаю быть его пешкой – но именно это делаю сейчас.
– Иногда – да, – отвечаю я, стараясь говорить твердо.
После моих слов снова начинаются перешептывания. Раздаются отдельные возгласы. Их издают генералы, депутаты, даже солдаты на галерее.
Только мы трое молчим и переглядываемся.
Фарли, Дэвидсон и я.
Переводя взгляд с золотистых глаз на синие, я вижу в тех и других одинаковую решимость. И сама ее ощущаю.
Мы будем бороться. Просто нужно понять, как.
Как обычно, Фарли вскакивает первая.
Она вытягивает руки, прося тишины. Это помогает – солдаты и даже генералы смолкают. Лишь некоторые монфорские дипломаты еще продолжают шушукаться.
– Нам нужен план, – отрывисто говорит Фарли. – Независимо от того, что сказал провидец, мы все знаем, что наша цель – Археон. Нужно захватить столицу Норты, если мы хотим освободить страну. Кто бы ни сидел на троне.
Лебедь кивает.
– Я видела силу Озерных. Если королевы захватят Археон прежде, чем это сделаем мы, будет почти невозможно его отбить. В наших собственных интересах – сражаться с тем врагом, который слабее.
«С Кэлом». Я никогда не считала его слабейшим, ни при каком раскладе, но Лебедь права. Положение нового короля, мягко говоря, ненадежно. Я стараюсь не представлять Кэла в одиночестве, во дворце, пытающимся навести порядок в мире, который разрушили его отец и брат.
– В Археоне еще есть агенты Алой гвардии? – спрашивает Дэвидсон; голоса премьера достаточно, чтобы замолчали все.
– Генерал Дворец находится в окрестностях столицы, – отвечает Фарли. – И ее люди рассредоточены по всей стране. Причальная Гавань, Дельфи, район Археона.
Коренастый Барабанщик поднимается.
– Ей приказано переместиться в город – разумеется, тихо. Новый король – не Мэйвен, и пока что его режим не враждебен Алой гвардии. Мы можем рискнуть.
