– Хорошо, – шепотом отвечаю я, показав пустые ладони.
Ни пистолета, ни фляги. Никакого оружия, кроме воздуха. Я смотрю через плечо на силуэты водителя и Стража. Оба – по ту сторону стекла.
Джулиан Джейкос прослеживает мой взгляд и вздыхает. Он постукивает костяшками по перегородке. Мои охранники не двигаются.
– Боюсь, некоторое время вас не будет слышно, – говорит он. – И они получили приказ сделать круг по городу.
Бесстрастно улыбнувшись, он смотрит в окно, пока мы петляем по незнакомым переулкам.
– Мы здесь не для того, чтобы причинить вам вред, Айрис.
– Хорошо. Я и не думала, что вы настолько глупы, – отзываюсь я, по-прежнему в смертоносной хватке Анабель. – Вы позволите?
Покровительственно кивнув, она выпускает меня, но не отодвигается. Остается в пределах досягаемости. Я пытаюсь незаметно призвать влагу с собственной кожи, вытянуть ее из воздуха. Использовать холодный пот ужаса, покрывающий мое тело. Может быть, я сумею создать нечто вроде щита, если она попытается оторвать мне пальцы.
– Если хотите передать Мэйвену послание, воспользуйтесь иными средствами, – бросаю я с напускной дерзостью.
Она пренебрежительно фыркает.
– Этому испорченному мальчишке нам нечего сказать.
– Вашему внуку, – напоминаю я.
Анабель хмурится, но продолжает:
– Я хочу, чтобы ты передала пару слов своей матери. Как ты обычно делаешь.
Я скрещиваю руки на груди.
– Не понимаю вас.
Анабель закатывает глаза и переглядывается с Джулианом. Его труднее понять; лицо Джейкоса спокойно и задумчиво.
– Я не нуждаюсь в том, чтобы силой вырывать у вас признание, – напрямик говорит он, – но вы знаете, что я могу это сделать, если понадобится.
Я ничего не говорю. Никак не реагирую. Мое лицо спокойно, как поверхность безмятежного пруда. Оно ничем не подтверждает его слова.
Анабель Леролан продолжает, надменно глядя на меня:
– Передай королеве Озерного края, что законный король Норты с ней не в ссоре. Он не станет расторгать мирный договор, заключенный узурпатором. Разумеется, если удастся достичь соглашения.
– Вы хотите, чтобы мы отступили? – с издевкой спрашиваю я. Она смотрит на меня с таким же презрением. – Невозможно.
– Нет, не отступить. Разумеется, внешне нужно сохранять все как есть, – говорит Анабель, растопырив свои страшные пальцы. Я наблюдаю, как они отбивают дробь на бедре. – Но я не сомневаюсь, мы можем прийти к иному решению, нежели открытая война между двумя нашими государствами.
И вновь я смотрю на своих охранников за стеклом, которых чарами заставили не обращать на нас внимания. Дорога впереди незнакомая. По крайней мере, мне. Я скриплю зубами.
– Он не правитель. Мы заключали союз не с Тиберием Калором, который предал свое королевство и свою кровь.
Дядя Тиберия склоняет голову набок, глядя на меня, как на картину. Он медленно моргает.
– Ваш муж умеет лгать лучше вас.
«Муж». Я должна бы уже привыкнуть к мысли о своем месте здесь, о положении рядом с Мэйвеном, но, тем не менее, мне больно.
– Ложь это или нет, но люди верят, – говорю я. – Красные и Серебряные по всей стране. Они верят в то, что им говорят. И будут сражаться за того человека, каким считают Мэйвена.
К моему удивлению, Анабель кивает. Лицо у нее меркнет и наполняется тревогой.
– Этого мы и боимся. И поэтому мы здесь. Чтобы по мере сил предотвратить кровопролитие.
– Анабель Леролан, вам надо было стать актрисой, – мрачно усмехаюсь я.
Она лишь отмахивается в ответ, глядя в окно. На ее губах появляется крошечная улыбка.
– Когда-то я покровительствовала искусству.
Джулиан взглядывает на Анабель – и заметно смягчается. Она смотрит на него, странно сдержанная. Что-то мелькает между ними. Невысказанное слово, общее воспоминание.
Анабель приходит в себя первая и поворачивается ко мне. Ее голос суров; такое ощущение, что меня отчитывают.
– Когда Тиберий вернет себе трон, он будет готов предложить деньги и землю в обмен на сотрудничество Озерных.
Я поднимаю бровь, более ничем не выражая своего интереса. В конце концов, кто знает, к чему это ведет. Лучше держать пути для отступления открытыми.
Она понимает меня – и продолжает:
– Весь Чок будет передан вам.
И вновь я смеюсь, откинув голову. Влага на коже, почти готовый щит, покалывает тело.
– Бесполезный кусок земли. Минное поле. Вы дарите нам проблему.
Королева делает вид, что не слышит.
– А еще – помолвка с первенцем Тиберия, ребенком Калоров и Самосов. Отпрыском двух королевских родов, наследником двух королевств.
По-прежнему притворяясь, я продолжаю смеяться. Но в животе у меня все переворачивается от отвращения. Она торгует еще не рожденным ребенком. Моим или Тиоры. Нашей собственной плотью и кровью. Независимо от желания этого ребенка. По крайней мере, я сама дала согласие на свой брак. Но поступить так с младенцем?
Мерзость.
– А как насчет ваших Красных псов? – спрашиваю я, подавшись вперед, на ее территорию. Теперь моя очередь надавить. – Алой гвардии? Монфорских выродков? Мэры Бэрроу и ее родни?
Джулиан отвечает первым. Анабель, кажется, недовольна – как его поведением, так и намерением.
