Усталость последних нескольких дней, казалось, наваливалась на нее с каждым словом. Я помогла Кресс добраться до кровати, и она с благодарностью уселась на нее. Затем я принесла ей стакан воды, который она залпом выпила.
Несмотря на усталость и раны Крессиды, я стала первой, кого она посетила после своего возвращения. Даже жажду сначала не утолила!
– Думаю, ты права, – сказала я. – Мы на самом деле сможем крепко сдружиться.
– Рада слышать это, – слабо улыбнулась Кресс.
Мы некоторое время молчали.
– Кресс? – наконец снова обрела я голос.
– Да?
– Как только к тебе вернутся силы, не могла бы ты созвать Совет Правителей и поведать братьям и сестрам, что я нашла у тебя приют? Я не хочу больше прятаться. Мне нужна ясность.
Это была не вся правда.
Если Дав или Рэйвен будут на меня претендовать, мне бы хотелось, чтобы мой отъезд из дворца Крессиды прошел как можно легче. Чем больше времени я проводила с ней, тем больше к ней привязывалась. У меня не хватит никаких душевных сил лишиться еще одной подруги.
– Конечно, – кивнула Королева Воды, – но не сегодня. Сначала мне нужно принять ванну и съесть целую кучу клубничных тарталеток.
– Это можно устроить, – усмехнулась я.
Кресс так много сделала для меня за последние дни. Мне хотелось дать ей хоть что-нибудь взамен.
Я предложила ей свою ванну, чтобы ей не пришлось сначала возвращаться к себе, а тем временем попросила слугу постирать ее потную одежду и принести нам перевязочный материал и поднос с тарталетками. Вымывшись и переодевшись, Крессида заново перевязала раны и немного поела, прежде чем покинуть мои покои со словами:
– Еще много дел.
Мне даже не хотелось представлять себе, сколько дел было у королевы. Конечно, рядом с ней находился целый ряд советников, не говоря уже об ее родственной душе, но действительно важные решения ей все равно приходилось принимать самостоятельно.
Ей надо было собирать налоги – и при этом следить за тем, чтобы у всех в стране оставалось достаточно денег. Она должна была защищать своих подданных от стихиалей, укреплять армию, управлять экономикой.
И, несмотря на все это, она в первую очередь нашла время для меня.
Крессида разослала письма всем своим братьям и сестрам, и спустя всего день они договорились о встрече на следующее утро. Кресс не сказала другим правителям, о чем пойдет речь, и решила, что мне будет лучше на этот раз остаться во дворце. Когда еще до полудня она телепортировалась в Хрустальный дворец, я осталась наедине с Сайрусом.
Королева вернулась, когда мы как раз занимались растяжкой на учебном плацу. Сайрус первым заметил свою вторую половинку и обратил на нее мое внимание. Выражение лица Крессиды было непроницаемым. Она поманила меня к себе.
С каждым шагом мне становилось все более тошно. Мы были подругами. Если бы мне разрешили остаться с ней, она наверняка казалась бы куда более счастливой, не так ли?
– Что случилось?
Она лишь покачала головой:
– Не будем обсуждать это здесь.
Я хотела было возразить, но взгляд Крессиды был непреклонен. Она развернулась, и мне пришлось последовать за ней. Войдя во дворец, мы прошли в большой кабинет с огромными окнами. В центре кабинета стоял массивный стол, заваленный письменными принадлежностями, бумагами и толстыми томами. Жизнь без компьютеров, что и говорить, была очень тяжелой.
Сев за стол, она указала мне на стул напротив. Я осталась стоять.
Кресс тяжело вздохнула, а затем озвучила мои опасения:
– Ты не сможешь остаться у меня.
Внешне я осталась совершенно спокойной. На самом деле, этого стоило ожидать. Моя жизнь никогда не выбирала для меня легких путей.
– Рэйвен или Дав? – только и спросила я.
– Рэйвен.
Я кивнула. Рэйвен. Как же иначе?
Естественно, меня брал к себе именно тот, кто все еще мог оказаться моей родственной душой.
– Но почему? – тихо спросила я. – Я ведь думала, что Рэйвен выступает против идеи о родственных душах и не хочет иметь со мной ничего общего?
– Я не смогла задать ни одного вопроса, – грустно ответила Крессида. – Рэйвен ждет тебя уже сегодня вечером в своем особняке. У тебя будет собственная комната, и ты пройдешь солдатское обучение, как того и желала. Кроме того, я буду раз в неделю навещать тебя. Обещаю.
Я снова кивнула.
– А что насчет Логана? Как он отреагировал?
– Он был безумно зол. Неплохо это скрывал, но меня-то не обманешь. Он буквально кипел от гнева.
По моим губам скользнула иезуитская улыбка. Вот и славно! Пусть себе позлится, мерзавец!
– Рэйвен защитит тебя, – заверила меня Кресс, видимо, неправильно истолковав выражение моего лица. – Они ненавидят друг друга, но Логан не настолько глуп, чтобы бросить вызов Рэйвену. Если и дойдет до конфликта, то первый шаг должен будет сделать Рэйвен.
Я некоторое время молчала. Я не боялась Логана – по крайней мере, убеждала себя, что не боюсь его. Тем не менее, нам на самом деле было бы лучше находиться как можно дальше друг от друга.
– Расскажи мне о Рэйвене, – попросила я. – Кроме его дурацкого имени, я ничего о нем не знаю.