– Как хорошо, что в этой войне я нахожусь на правильной стороне, – сказал Янгверд, и все, кроме лейтенанта, засмеялись.
В это время из туалета вышли Таурос и Пенс.
– Я пописал, – сказал пассажир. – Мы можем идти.
Оружие в чехлах и ранцы Брейн и команда оставили в каюте под присмотром стоявшего у дверей морского пехотинца и отправились налегке – только с пистолетами в кобурах. Тут многие так ходили.
– А это ничего, что у него китган? – спросил у Брейна лейтенант, когда они выходили в коридор.
– Вообще-то это имитация. Разве майор Рендлер вам не говорил? – уточнил Брейн.
– Нет, – ответил лейтенант, не понимая, это такой розыгрыш или действительно какая-то легенда прикрытия.
– Зачем же его носить, если он имитация? – негромко спросил он.
– Затем, что так наш товарищ лучше себя чувствует. У него было ранение, и он теперь немного не в себе, понимаете?
– То есть ему, наверное, кажется, что он где-то еще… воюет? – попытался выяснить лейтенант.
– Ну, примерно так, – согласился Брейн. Между тем Пенс напускал на себя очень суровый и ответственный вид, что вполне соответствовало тому, о чем говорил Брейн.
– Если хотите, можете проверить – это имитация.
– Нет-нет. Если вы говорите, что порядок, я вам верю, лишь бы он не шарахнул где-нибудь в архиве и не разнес нас на атомы и электроны.
– О, это исключено. Мы не первый день в дороге, и пока он никого не разнес на атомы и электроны.
Первое, самое желанное место, куда все хотели попасть, была красиво оформленная столовая, где уже вовсю кормился персонал, правда, пока это были только гоберли.
Как выяснилось позже, дело было в графике – в это время завтракали обитатели нижних палуб.
В сопровождении лейтенанта-особиста гости прошли на кухню, где за отдельным столиком их накормили разогретыми питательными батончиками.
По мнению Брейна – очень свежими.
При этом их кормили едой всего диапазона, который предлагался лишь офицерам и работникам двух верхних палуб. Остальные расширенное меню могли получить только за дополнительные деньги.
После осмотра столовой и завтрака лейтенант-особист, как и обещал, повел гостей на осмотр арсенальной части.
Они спустились на грузовом лифте на три яруса, а выйдя, гости стали крутить головами, поражаясь высоким потолкам и сводам, собранным из старых клепаных деталей.
Похоже, этот крейсер был еще старше, чем они думали в самом начале.
Появлявшиеся офицеры кивали особисту и проскальзывали мимо, едва взглянув на гостей. Матросы и персонал помельче и вовсе проскакивали незаметно.
Слоняющихся без дела здесь не было. Все куда-то определенно направлялись, кто-то с папкой, кто-то с какими-то коробочками или мотками проводов.
– Ну вот, сейчас мы проходим через три бронированные перегородки из материала с вакуумным поглощением деформационной энергии. Это пригодится на тот случай, если сюда будет прорываться бронебойная болванка, прилетевшая с другого корабля. И вот что, сержант, давайте все же посмотрим, насколько безопасно оружие вашего коллеги… – не удержался лейтенант.
– Не вопрос, – ответил Брейн и быстрым движением, выхватив магазин из игрушки, предъявил лейтенанту.
Тот заглянул туда и кивнул, а Брейн так же быстро вставил магазин обратно – раньше, чем Пенс успел высказать свои претензии, хотя по его лицу было видно, что он недоволен.
– Теперь, господа, мы в самом центре арсенала. Посмотрите справа – до самого потолка расположены штабеля для хранения снарядов. Здесь, как видите, хранятся снаряды разных калибров.
И действительно, там были остроносые двадцатидюймовые, а более скругленные – для орудий в тридцать дюймов. Старые – запыленные и слегка окисленные снаряды – для гигантских пятидесятидюймовок.
Между штабелями по направляющим рельсам, проложенным под потолками, ездили погрузчики-манипуляторы, которые по заданию оператора с центрального пульта заряжания могли выхватить связку любых заданных боеприпасов и доставить их к конкретному орудию.
– А вот здесь мы храним стартовое топливо, – сказал лейтенант, когда они перешли к таким же высоким полкам, заставленным цилиндрическими шашками самых разных цветов.
В отличие от хранилища снарядов здешнее производило впечатление какого-то праздника.
– Тут хранится порошковое топливо, кристаллическое – в виде единого кристалла, а также самое мощное – жидкое. Под каждый калибр и задачу мы используем тот или иной стартовый заряд.
Персонала среди штабелей не наблюдалось, лишь время от времени пролетали погрузчики и своей коленчатой хваталкой выдергивали очередной груз, уносясь с ним в неизвестном для гостей направлении. Однако вскоре другой погрузчик притаскивал новую связку и вставлял на пустое место.
– А что они делают, ведь вы сейчас не ведете бой – куда они все это таскают? – спросил Янгверд.
– Мы не ведем бой, но мы все время готовы к бою, поэтому все боеприпасы, у которых истекает срок годности, оправляются на экспертизу. Их вывозят на лабораторный стол, где она и проводится. Если компоненты в порядке, срок годности продлевают.
– А если не в порядке?
