– Я не потрудился лечь. Но весьма сожалею, что вы из-за меня не спите. В конце концов, мы сделали поспешное заключение. Вполне возможно, что это другая миссис Уилмот, которая встретит своего мужа. – Он хмуро улыбнулся. – Я должен попытаться узнать от мисс Вон больше подробностей. Вчера мой мозг отказывался работать. Я был, как никогда, близок к панике.
– Боюсь, что у вас есть на то причины, – заметила она. – Когда мы с Дейзи остались одни, я вновь заговорила об этом и узнала, что миссис Уилмот, которую она встретила, приехала из той части Лондона, где жили вы. Она хорошенькая, весьма изящна, сказала Дейзи, с очень четкой речью, с высоким голосом и чуть поднятыми уголками рта.
– Боже, но девушка может заподозрить неладное! – воскликнул Уилмот.
– Вряд ли. В любом случае мы должны были убедиться. Думаю, мы можем быть уверены, так?
– Моя жена не остановится, пока меня не найдет! – закричал Уилмот и обвел комнату диким взглядом.
– Не смотрите с таким отчаянием!
– Но я в отчаянии. Говорю вам, Аделина, я никогда не буду жить с женой. Я повешусь на одной из этих балок!
– Тогда она не должна вас найти.
– Вы ее не знаете. Говорю вам, она неутомима. Ничто ее не остановит.
– Да что вы говорите! – в ответ вскричала Аделина. – И тем не менее вы отправились в Канаду, не изменив имя! Вы жили в Канаде под собственным именем. Чего же вы ждали?
– Я рассчитывал, что она смирится с моим решением, – ответил он уже спокойнее. – Я хорошо ее обеспечил. У нее есть ребенок. Зачем она меня преследует?
– Нет, послушайте этого человека! – Аделина скрестила руки на груди, сдерживая раздражение. – Святая простота! Неудивительно, что она вас ищет, Джеймс. Вы же оставили в ее жизни пустоту вместо себя! Как она может оставаться сама собой, если вас нет рядом? Кого ей изводить, оскорблять, мучить? Боже мой, да она подобна водопаду, которому некуда падать.
– Что же, она меня не получит! Я уберусь отсюда. Подумать только, что она может войти сюда в любой момент! Она упоминала о ребенке?
– Да, она говорила о дочери, которая во время путешествия переболела свинкой.
На лице Уилмота не отразилось отцовское беспокойство.
– Девочка похожа на мать? – спросила Аделина.
– Нет, но она полностью под ее влиянием.
– А кто бы ни был? – воскликнула Аделина. – Как можно жить в одном доме с такой женщиной и не подпасть под ее влияние? Вы сами не смогли, Джеймс.
– Долгие годы я скрывал от нее свою тайну, – мрачно произнес он. – Тайное намерение от нее уйти.
– Вы добились успеха. Что вы сказали Тайту?
– Что, возможно, я уеду.
Она подошла к нему, обхватила голову руками и пристально поглядела в глаза.
– Вы никуда не поедете, – произнесла она.
Он резко отстранился.
– Не прикасайтесь ко мне! Не прикасайтесь ко мне! Я слишком вас люблю! Мне приходится все время напоминать себе, что Филипп – мой друг.
– Мы должны довериться Филиппу. – Ее руки опустились вдоль тела, словно и не касались Уилмота. Она спокойно взглянула на него. – Мы должны все ему рассказать. Мы с ним поедем в город и постараемся выяснить, где ваша жена. Как вы сказали, у нее было достаточно времени, чтобы проследить за вами.
– Что Филипп обо мне подумает?
– Он будет на вашей стороне. Вы разорились из-за нее. Вы не можете выдать себя ей. Кто может ожидать от вас такого? Только не Филипп!
– Мне бы не хотелось рассказывать ему об этом.
– Расскажите ему как мужчина мужчине, он поймет.
– И все же, думаю, мне лучше уехать.
– В этом нет необходимости, – сказала Аделина. – Я скажу этой женщине, что вы умерли.
Уилмот сардонически усмехнулся.
– Она никогда вам не поверит.
Сверкнув глазами, Аделина обернулась к нему.
– Не поверить мне! – воскликнула она. – Если я не смогу убедить эту фифу, я не Аделина Уайток!
Она взяла его за руку, словно скрепляя договор, затем направилась к двери.
– Подумать только, Генриетта может прийти сюда в любой момент!
Затем озорно усмехнулась, показав белые зубы, и добавила:
– Оставьте Генриетту мне.
Уилмот проводил ее до места, где была привязана лошадь, и помог ей взобраться в седло.
– Все будет хорошо! – крикнула она, удаляясь прочь.
Аделина была уже на полпути к Джалне, когда увидела приближавшуюся коляску. Экипаж был из тех, что нанимают на извозчичьем дворе, запряженный парой тощих лошадей. Позади кучера Аделина разглядела женщину и молодую девушку.
Сердце Аделины бешено застучало, но она устремилась вперед. Поравнявшись с экипажем, она внимательно рассмотрела пассажиров.
Кучер носил потрепанную ливрею и видавший лучшие времена цилиндр. Вид у него был измученный, почти жалобный. Он утешался жевательным табаком и пускал струйку слюны на подбородок. Позади него, держась очень прямо на неудобном сиденье, сидела невысокая яркая женщина. Она была хорошенькой, уверенной в себе и выглядела слишком молодо, чтобы быть матерью неуклюжей девочки, сидевшей рядом. Она пристально посмотрела на Аделину, затем наклонилась вперед и ткнула кучера в спину.
– Останови лошадей, – приказала она.
